Пастуший рог полесского ветра

Парень был совершенно голым, только густо, как животное, покрыт чёрным волосом. Большеротое, курносое его лицо задорно улыбалось.

– Ты кто? – севшим голосом повторила Алька.

– Антипка я! – доброжелательно повторил незнакомец. – Безпятка.

И он, прихрамывая на левую ногу, двинулся к Альке.

– Ты не из наших… – шепнула она.

– Чорт я, - Антипка церемонно поклонился. - Чортом меня раньше звали.

– А-а-а, – протянула Алька и задумалась. – А чего хромаешь?

– Так ведь ты сама мне тикишо дверью пятку отшибла. Я не сержусь.

– Чертей не бывает, – немного подумав, сказала Алька.

– Да шо ты говоришь? – хмыкнул Антипка и прохромал к узкому окну, до середины закрашенному белой краской.

– Посмотри сейчас.

Аля вылезла из-под умывальника и не спеша – не стоит показывать большого любопытства - подошла. Безпятко галантно подал девочке руку и помог взобраться на подоконник. Алька встала на цыпочки и выглянула во двор. Прямо у окна качались ветки с сырой от дождя, уставшей осенней листвой.

Сразу Аля ничего особого не заметила.

– И что? – спросила девочка

– Смотри внимательней, – посоветовал Антипка.

Сперва Алька решила, что на ветке сидит сова, но, приглядевшись, обнаружила небольшое рыжеватое существо, размером с обезьянку, которое одной рукой держалось за ветку, а второй размеренно чесалось.

– Это кто? – спросила Алька растерянно.

– Это? – Антипка ловко запрыгнул на подоконник, – Шебуршун, рыжий бес. Он творит ночные шорохи и звуки.

– Дождь, – чуть подумав, ответила Аля.

– Это он так чешется и мокрой шерстью шебуршит. А вон его братишка скрипачит.

И точно: второй бесенок мотылял ногами, раскачиваясь на пустой, уныло скрипящей ржавой качели.

– Раньше они еще и створками стучали по ночам. Кто-то думает, что форточку закрыл, а шебуршун откроет пальцем и стучит полночи – трудится. Сейчас везде стеклопакеты, уже не постучишь.

– А почему я раньше вас не видела? – поразилась Аля.

– Наверное, не хотела, – пожал плечами Безпятко, - или время не пришло.

Он бесшумно, как кот, спрыгнул с подоконника.

– Больше не реви. А мне работать пора.

– А как ты работаешь? – полюбопытствовала Алька.

Антипка широко улыбнулся, блеснув ровными белыми зубами, и ничего не ответил. Аля переспрашивать не стала. Она осторожно открыла окно и теперь внимательно рассматривала решётку. Безпятко мигом оказался рядом.

– Что это ты делаешь? – с тревогой спросил он.