Зачистка

Я тащу ведро с водой в туалет, мама с бешеной скоростью работает тряпкой, а бедный отец выдерживает атаку ворвавшихся соседей.

Сквозь крики, маты я слышу смех. Мама прилежно работает тряпкой и не оглядывается. Сосед взял за футболку отца, а тот вцепился в его ворот, остальные окружили противников и кричат. Мне нужно идти к ним, но я смотрю в окно. Там отражается силуэт. Кто-то смотрит на меня, не обращая внимания на высоту третьего этажа и смеется. Тот, кто умеет управлять водными стихиями, тот кто редко выходит из своего убежища, но имеет много слуг и сам является слугой ведьмы смотрит на меня через стекло.

Я скручиваю комбинацию с торчащим средним пальцем и показываю ему. Этого тоже никто не видит, мы как будто в вакууме, в пузыре. Я и Водяной, посланник ведьмы.

— Скоро, — говорит он и не отрываясь смотрит. — Скоро за тобой придут.

— Иди на.. — говорю я и оглядываюсь на маму. Она ничего не слышит и подает мне полное ведро, — Сейчас вернусь.

Смех прорывается даже в ванную и звучит из стока в раковине. Мне даже кажется, что кто-то смотрит оттуда, одним глазом прижавшись изнутри. И хотя это не возможно хочется схватить зубную щетку и ткнуть туда вниз, чтобы он завыл от боли. Или «включить ему реп, чтобы он завыл от боли».

Выскакиваю с ведром, подаю его матери и становлюсь на корточки рядом с ней, работаю тряпкой. Отец продолжает как спартанец стоять один против всех, но никто еще не посмел первый ударить, ни с одной стороны.

«Ладно, — сказал мент и сделал шаг назад. — Женщины, а ну взяли все по тряпке и помогли соседке. Быстрее закончим, меньше убытков».

И опомнившись соседи возглавляемые женой полицейского оттесняют меня, забирают тряпку и позволяют только носить ведра с тазиками, а потом вообще выгоняют отдохнуть. Отец с полицейским уходят курить на площадку. Голова раскалывается, — это все нервы, успокаиваю себя. Слава богу, что все обошлось.

Отец уходит вниз к соседу смотреть на потолок и я тоже одеваюсь.

— Ты куда ночью? — спрашивает мама. Она устало сидит на кухне, позволив себе чай с печеньками и расслабиться. Соседи уже ушли, извинившись за вторжение.

— Пойду на свежий воздух подышать. Голова разболелась.

— Курить? Ты же обещал.

— Мама я не курю. Разве не видишь? (вот сказала и теперь захотелось). Просто пройдусь, голова болит.

— Ну иди, — она устало вздыхает и пьет чай, а я проверяю кинжал в кармане. Есть.