Мизинец

Он держался позади остальных, отводил взгляд, когда она смотрела в его сторону — старая детская логика, если я не вижу значит не видно и меня — и терпеливо ждал. И вот, когда наконец это случилось, вдова Кирилла увлеклась беседой с какой-то женщиной, которую Шац не знал, он отважился на выход. Он не спеша прошел сквозь толпу и очутился прямо у гроба. С такого расстояния лицо Кирилла казалось осунувшимся, словно вся кожа на нем слегка сползла к подбородку. Такое случается, когда все мышцы расслабляются и перестают держать форму.

Шац склонился над гробом, положил руку на грудь Кириллу и поджал губы. Ему хотелось расплакаться, но он старался изо всех сил удержать слезы. Ему представлялось, что если он даст слабину, то Кирюха тут же откроет глаза и в привычной для него манере отпустит какую-нибудь колкость в духе «Ну ты чего, Надежда Павловна, нюни распускаешь? Опять таблички с циферками не сходятся?» Эта мысль заставила Шаца врасплох, она показалась ему такой точной репродукцией, что он нехотя улыбнулся.

Вдруг кто-то с силой потянул его за рукав. Шац повернулся и увидел разъяренную вдову. Ее многозначительный взгляд пылал ненавистью и готов был просверлить его прямо на месте, растопить, как пламя военного огнемета маленький кубик льда.

— Ты какого черта сюда приперся? — прошипела она и потянула его за локоть подальше от гроба. — Я же ясно дала понять, что тебе здесь не рады.

Хоть вдова и не поднимала голоса, но было ясно, что она сейчас в бешенстве.

— Я просто хотел попрощаться… — Шац выдернул локоть из цепкой хватки.

— Тебе мало того, что ты натворил?

— Но я же ничего не сделал…

— Тебе мало?!

Окружающие постепенно начали оборачиваться на шипение вдовы.

— Знаешь, что, — неожиданно для себя Шац почувствовал уверенность. Возможно, в нем все еще говорил голос второго Кирилла, а может быть просто его терпению настал конец. Так или иначе, он собирался высказаться, расставить все точки над i. — Хватит! Остановись! Ты ведешь себя как полная дура.

— Дура?! — ее лицо моментально налилось кровью.

— Да, дура. Ты ищешь виноватых там, где их быть не может. Кирилл утонул. Понимаешь? Утонул. Это несчастный случай, — он знал, что это не так, и, может быть, когда-нибудь решиться рассказать ей, как все было на самом деле, но только не при всех этих людях. Только не сейчас.

— Несчастный случай? А кто потянул его на эту сраную рыбалку? Ты! — она ткнула пальцем ему в грудь. — А кто притащил туда водку? Ты! — и снова тычок.