Мизинец

На тротуарах образовывались целые полосы препятствий, которые пешеходы преодолевали самыми изобретательными способами. А те, кто постарше и маломобильные так и вовсе оказывались заперты в своих кварталах, не в состоянии просто перейти на ту сторону улицы.

Такое положение вещей, конечно же, не устраивало никого. В мэрию поступали многочисленные жалобы и просьбы, писались официальные заявления, собирались подписи. Но всегда ответ был одним и тем же – денег на ремонт нет, покупайте лодки. Из года в год ничего не менялось.

В этом году кое-что изменилось. Дмитрий Витальевич не знал, выделили ли на этот раз из бюджета чуть больше денег, или же мэру просто надоели бесконечные бумажки с жалобами. Так или иначе, сегодня настал тот долгожданный день, когда власти города решили взяться за ливневую канализацию. И Дмитрий Витальевич был одним из тех, кому было поручено решать проблему.

— Ну что там?! — крикнул Славик сверху.

— Пока не ясно! — крикнул в ответ Дмитрий Витальевич. Он стоял по щиколотки в грязи у ливневого коллектора и светил фонариком в трубу. Ему приходилось безостановочно переступать с ноги на ногу, чтобы не застрять окончательно и не лишиться обуви.

Сливной коллектор представлял из себя большую бетонную трубу, в которую с легкостью мог пролезть взрослый мужчина, почти не пригибаясь. Эта бетонная труба, собиравшая в себя воду сразу с нескольких улиц, шла под землей вдоль всего парка Пушкина, затем сворачивала в лесопосадку за ним и заканчивалась небольшим болотцем, в котором переминался с ноги на ногу престарелый слесарь.

— Видно чего? — Славик стоял на бетонной плите над трубой, засунув руки в карманы комбинезона и наблюдал за Дмитрием Витальевичем.

— Да бог его знает, — тот приложил ладонь ко лбу, изобразив козырек, а руку с фонариком вытянул вперед, будто от этого он начал бы светить лучше. — Вроде как видно что-то. А что, не пойму. То ли ветка какая-то.

Через несколько метров вглубь труба коллектора изгибалась и уходила вправо. Луч фонаря, и в подметки не годившийся перебивавшему его летнему солнцу, едва добивал до поворота. В его тусклом свете можно было различить только тонкую струйку воды, журчавшую по дну коллектора, и нечто неопределенное, торчавшее из-за поворота. Дмитрий Витальевич пытался разглядеть своими уже не молодыми глазами странный предмет, но у него это никак не получалось.