Мизинец

Как парочка бабушек на тротуаре пристает к прохожим с буклетами, зазывающими на собрание иеговистов. Как девушка с ярко-рыжими волосами, затянутыми в тугой хвостик, выгуливает маленькую собачку. Он смотрел на всех этих людей и думал о том, как…

— О чем мозгуешь? — вдруг Дудка услышал голос старого знакомого. Он повернулся и увидел бездомного. Низкого мужичка с большой залысиной и растрепанной бородой, одетого совсем не по погоде в длинное, почти до пола, грязное пальто.

— О, Рупор, привет. Ты как всегда по расписанию, — Дудка показал на бутылку.

— Пивасик? — Бездомный улыбнулся, обнажив редкие желтые зубы. — Спасибо! — он взял пиво, открыл его о спинку скамейки и сел рядом со Степой. — Так, о чем думы думаешь? Опять какая-нибудь философская фигня?

— Ага, — Дудка кивнул. — Ты же меня знаешь…

— Ну, рассказывай. Только подожди, щас я задиогенюсь, — Рупор поднес бутылку ко рту, запрокинул голову и одним глотком выпил половину, затем вытер рукавом губы, отрыгнул и сказал: — Во! Теперь давай.

— А чего тут рассказывать? Просто фантазирую, как это, бояться темноты не от знания, что в ней может жить, а так, в целом.

— Чет я недостаточно задиогенился, кажется. Или это ты сегодня с перебором?

— Это я с перебором… Ты знаешь, что такое проклятие знания?

— Не. Что-то из работы твоей?

— Ну, почти. Это когда человек что-то знает и ему становится сложно думать об этом с точки зрения того, кто не знает.

— Допустим… — неуверенно протянул Рупор. — И к чему ты это?

— Да вот, смотрю на людей и пытаюсь вспомнить, каково это, не знать всего того, что знаю я.

— Ну ты, Дудка, и черт. Нормальные люди про баб думают, или про деньги, там. А ты всякую ерунду по черепу гоняешь. Я такого не понимаю, — Рупор лихо крутанул бутылку, отчего пиво в ней закрутилось как маленький пенный смерч, запрокинул голову и буквально влил его в себя, затем бережно спрятал бутылку во внутренний карман пальто.

— Деньги у меня, Рупор, уже есть.

— Не знал, что ты из этих, — бездомный пару раз потыкал указательные пальцы друг в друга.

— Из каких?

— Ну, из веселеньких, — он ехидно улыбнулся.

— Не. Я из странненьких. Да и с моей работой только семью заводить. Я на Петю смотрю и ума не приложу, как он дальше будет. Чую, такими темпами его жена из дома погонит и придется мне его у себя на диване селить.

— Петя это твой новенький?

— Ага, — Дудка сладко зевнул.