Лёка

Мгновение она колебалась, стоит ли мне говорить об этом, но потом всё же решилась:

― Знаешь, Лёка, ты наверняка мне не поверишь, и может быть это даже к лучшему, но я попробую объяснить…

Её голос звучал негромко и устало. Она смотрела на Свена, и, казалось, что рассказывала ему, а не мне:

― Рядом с людьми живут, да и всегда жили другие… существа, очень похожие на них и одновременно совсем непохожие. Ты бы назвала их чудовищами или монстрами. Ведь всё, что непонятно, пугает, правда? Но они просто другие. И ещё они разные.

Как и среди людей, есть хорошие и очень плохие. Люди уже давно догадались о них. Некоторые считали и считают, что монстров надо уничтожать, другие ― что их надо изучать, а есть и такие, которые хотят мирно жить с ними рядом, не мешая друг другу.

Последних ― немного. Моя мама была одной из них. Она была учёным и умела найти общий язык и с людьми, и с не людьми. Она даже полюбила такого, и они были счастливы. Правда, им приходилось всё время бегать, потому что смешение кровей не одобряла ни одна из сторон.

А потом у них появилась я.

Я ничего не знала, жила как обычный ребёнок, у которого семья просто часто переезжала с места на место. Мне не рассказывали правду, берегли. Однажды мама и папа погибли. Никто не знает, как это случилось и почему, их просто нашли мёртвыми. А у меня вдруг появились «родственники», которые забрали меня к себе и «просветили». И даже попытались заставить жить по своим законам. Я не смогла с этим смириться и сбежала от них, оказавшись на улице.

Там меня «нашли» люди, отправив в необычный детский дом.

Специальный ― для таких «странных» и «неправильных» детишек, как я. Нас не мучили и не унижали, просто окружили слишком сильной «заботой». Внушали, что мы «особенные» и потому не можем жить среди нормальных людей, а ещё нас «изучали»…

Лёка, это была тюрьма, из которой мы не могли выйти по собственному желанию. Я не смогла с этим смириться, просто хотела быть с людьми и потому снова сбежала…

Ния молчала, как и я, потрясённая её словами. Может, я и доверчивая дурочка, но ей поверила сразу и безоговорочно.

Всё, что могла тогда сказать:

― Продолжай, Ния, пожалуйста…

И она тяжело вздохнула:

― Я была не первой, кто сбегал. За нами посылали специально тренированных людей, и они не церемонились. Мы прозвали их охотниками. Ребят после побега всегда возвращали назад, часто покалеченными. Свен был не таким, он появился совсем недавно и, в отличие от других, считал нас просто детьми, которым была нужна забота и внимание.