Похитители смерти

Мориан же молча, наблюдал, как нервно Дориан перебирает полы инквизиторского плаща, как горят глаза его ученика, как он, не замечая луж и капающего с неба дождя, едва не срывался на бег, и только окрики старика, не поспевавшего за ним, не давали молодости побежать.

Дориан не задержался внизу, взлетев по ступеням, словно их и не было.А Мориан напротив остановился и отдышался, прежде чем начать подъем. У него не было проблем со ступенями, и по всей Альдее он с легкостью их преодолевал, кроме этих. Эти восемнадцать ступеней он ненавидел, и они отвечали ему взаимностью.

Медленно, словно каждая из них могла ужалить его, он начал подъем, отсчитывая каждую. Он давно уже дал каждой прозвища и, всякий раз наступая на них, он произносил эти их, добавляя при этом несколько увесистых проклятий. Ступени не реагировали, они оставались такими же немыми и холодными как всегда. И только каждая следующая ступенька давалась инквизитору сложнее. Дориан с удивлением смотрел на этот странный ритуал, запасаясь вопросами.

Наконец, пыхтя и обливаясь потом, старый инквизитор преодолел последнюю ступеньку. Он согнулся пополам, упёр руки в колени и несколько минут стоял так, тяжело дыша. Дориан всерьез испугался за него, но старик разогнулся, вытер рукавом пот со лба и, повернувшись вниз, сплюнул.

— Будьте вы прокляты, чертовы камни! — он снова плюнул на ступени и, повернувшись к Дориану, произнес: — Не старей, малыш, иначе где-нибудь в Альдее обязательно найдутся вот такие ступеньки и для тебя, — он тяжело вздохнул.

— Я не часто здесь бываю именно потому, что не хочу подниматься по этим... этим..., — он старался подобрать слово, но, ничего не придумав, махнул рукой.

Дверь им открыл древний, как знания, что он охранял, старик. Его пыльный в пол камзол, давно выцветший и вышедший из моды, был покрыт грязью и маленькими дырочками. Его сморщенное, словно высохший фрукт, лицо посерело, кожа свисала под подбородком, губы ввалились в беззубый рот, острый нос бесконечно тек, но глаза, спрятавшиеся в морщинах, все еще хранили остатки юношеского задора.

— О, — произнес он, посторонившись, — инквижиторы! Што привело ваш в нашу шкромную обитель? — прошамкал он.

— Как всегда, Шемус, как всегда, — ответил Мориан. — Нам нужна информация, а ты, мой старый товарищ, ей как раз и владеешь.

— Инфомашии у наш, наверное, даже шлишком много. Што ты хотел ужнать?

— Меня интересует Синий зал, — Мориан в упор смотрел на облокотившегося на сучковатую палку библиотекаря.