Дворники града надежды

Сзади закричали, кто-то звал королеву, смотритель Миро, опомнившись, попытался схватить Дарину за талию, она оттолкнула его и, путаясь в платье, взобралась на приземлившегося орла, тот хрипло закричал. И в этот миг в дверях храма показался ее жених с венценосной матерью.

— Маритэ, ваше величество! — закричала Дарина. — Помните – Маритэ!

— Ты о чем? — через плечо спросил Ваня.

— Неважно, — она ухватилась за него и зажмурилась. — Летим быстрее.

Орел устремился в толпу, неспешно набирая высоту. Толпа расступилась.

Глава девятая. А прямо — буйна голова…

Катя ждала на той же опушке, с которой началось их приключение втроем. Друзья пришли сюда в поисках веера, и вдруг появился орел. Он походил, похлопал крыльями, покосил глазом, а затем настойчиво толкнул Ваньку в бок, и того осенило. Каким-то чудом почувствовал, что явись он верхом на этой птице на площадь, его никто не остановит. Вот и помчал на выручку. 

— Ты мой герой.

— Ерунда. Главное выбраться отсюда. Найти бы веер…

Проблема решилась сама собой. Орел взмахнул крыльями, полетел вокруг троицы друзей, все быстрее и быстрее, завихрилась вокруг него – вокруг них – пыль, и птица исчезла. И опушка исчезла, и лес, и Цветущее королевство. Возникла ночная поляна, а над ней – луна и звезды, очень странные, будто нарисованные акварелью на холсте. И ни души вокруг.

— Темно как, — протянула Катя.

— Ага, — Дарина пыталась хоть что-нибудь разглядеть.

— Предлагаю немного поспать. Не знаю, как вы, девчонки, а я от всех этих королевских свадеб с турнирами жутко устал.

И, подавая пример, улегся на спину.

— Согласна. Отдохнуть надо, — Дарина села рядом. — Ты мне, Ваня, только одно объясни. В школе тебя считали «бабушкиным внуком». И не без оснований. Таким тихоней был, даже Кирке сдачи дать не мог… А здесь – тебя словно подменили.

Ваня нахмурил лоб.

— Это все из-за бабушки.

И хихикнув, добавил.

— Подножка – не в счет.

— Понятно, — сказала Дарина, ничего толком не поняв. — Давайте спать.

Утро не внесло ясности. 

Проснувшись, друзья увидели, что поляна – не поляна вовсе, а целое поле.