Доля ангелов

— Значит, так, — чиновник побагровел, пошел пятнами. — Если через полчаса не будет дана команда на выезд, то я гарантирую вам проблемы. Вы что, не понимаете? На параде, возможно, будет заместитель Самого! Саша сунул руку в карман и вздрогнул. «Вот дурак! — подумал он, холодея. — Забыл мобильник дома! Ведь нельзя же, в такой день...» Подумал и отчаянно махнул рукой. Сейчас подъедет директор, вот ему Саша и расскажет. Пусть у начальства голова болит. Он еще раз пробежал глазами список и торопливо пошел к механикам, покуривавшим у ангаров.

— Мужики, пора! Давайте, давайте, по машинам. Некогда уже!— Санька, погодь малость, — самый пожилой водитель, дядя Витя Кряжев, схватил его за рукав. — А Петрович-то где? Он же всегда...— Нету Петровича! — злясь на всех, а больше всего — на себя самого, рявкнул Егоров в ответ. — Уволили его! Уехал! Сами теперь будем. Дядя Витя отпустил рукав и растерянно пробормотал:— Вот тебе, бабушка, Юрьев день... Плюнул на асфальт, выматерился и пошел в ангар, заводить свой Т-26.  Ревели моторы, дрожала земля под тяжестью сотен тонн брони, двигающейся по улицам. Танки шли ровно, все было так, как и полагается на параде. Высокие гости сидели на высокой трибуне и с интересом смотрели на площадь, одновременно слушая, как в динамиках хорошо поставленный голос комментирует:— А сейчас перед зрителями проходит техника Великой Отечественной! Это танки, бронемашины и артиллерия нашей Победы... Наверху, на трибуне, веселый и уже поддатый генерал, старый танкист, целый иконостас орденов, повернулся к своему соседу, полковнику артиллерии. — Хорошо идут! Только намудрил нынче Петрович, намудрил! Впереди же всегда «семерка» шла тридцать четвертая, а сейчас «кавэху» погнали. Он, конечно, большой, вон башка какая. Но «семерка»-то героическая!— Так это не Петрович намудрил, — оторвавшись от полевого бинокля, прихваченного с собой на парад, покосился сосед. — Петровича нету нынче, а то бы он с нами тут гвардейские сто грамм уж выпил бы...— То есть как? — нахмурился генерал, что-то соображая. — А кто тогда танки строил на выход? Полковник пожал плечами. Генерал-танкист резко побледнел, сорвал с себя фуражку и вскочил.— Твою в душу мать! — и дальше, пустив в три загиба матерно, он, позабыв о возрасте и хромой ноге, бегом бросился к распорядителям парада. Полковник с удивлением смотрел ему вслед.— Что значит «остановить парад»? — на генерала, машущего зажатой в руке фуражкой, удивленно уставились несколько пар глаз.