Тотем Человека

– То есть ты хочешь, чтобы сейчас Черный умер по-дурацки, а твой ворон остался жив-живехонек? За этим ты меня сюда позвала? Потому что из всех сил не знала, что они там готовят?

Честно говоря, мне хотелось, чтобы она сказала «нет». Но она ничего не сказала. Потому что не успела.

В недрах ее полуформенного костюма запиликал телефон. Она, чуть не уронив, достала трубку, прижала к уху и сказала:

– Алло!!

Именно так, с двумя восклицательными знаками. Телефон был так себе, дешевенький, но громкий. Очень громкий. Потому я услышал – не хуже Саши:

– Милая, здравствуй! Спасибо тебе, мы спасены.

– Ага, – сказала Саша, бегая глазами. – Не за что.

– Да чего там – не за что. Позвонила, предупредила. Очень оперативно. Теперь вот что. Ты сегодня очень занята?

– Н-нет, – сказала Саша, – нет, не очень. А что?

– А! – голос в трубке обрадовался. – Это просто отлично. У меня лекция сегодня наметилась. Внеплановая, потому что потом у меня до-олго не будет времени на выступления. Но зато это будет совсем короткая лекция.

Саша молчала.

– Алло! – добродушно крикнул Стокрылый.

– Да, – сказала Саша, – да. Приду. Обязательно. Где?

– На восьмой точке, – загадочно сказал Стокрылый. – Как тебе, не слишком экзотично?

В трубке раздалось карканье – это он так смеялся.

– Нет, – сказала Саша. – Все в порядке. Во сколько?

– Через час. И всем знакомым скажи!

– Считай, что уже сказала, – медленно произнесла Саша.

– Все, целую! – бодро сказал Стокрылый и отключился.

Саша вновь села на краешек ванны, закрыла лицо руками и принялась раскачиваться.

– Слушая Тотем, – сказал я, – поступишь верно. Но своей головой тоже надо думать, великолепная.

– Выйди, пожалуйста, – попросила она. – Выйди.

Я вышел. На кухне было тихо. Дина пялилась в окно – ничего там не было интересного, один сплошной дождь. Боб пристально изучал поверхность стола. Признаюсь, что часто резал хлеб без доски; резал изуверского вида ножом-пилой, так что мой покоцанный стол, с некоторой натяжкой, мог вызывать интерес Боба как криминалиста.

– Так, – произнес я, шагнув через кучу кофе, который рассыпала Саша. Налив себе чаю – не терплю кофе – я вернулся к столу и продолжал: – Поскольку на работу я уже всяко опоздал, давайте выкладывайте мне все, чего я не знаю. Вопрос номер два: когда намечается этот, понимаешь, геноцид, как о нем стало известно, и почему я все-таки вам нужен.

Боб поднял брови, но его опередила Дина.

– Это я обо всем узнала, – сказала она и повернулась ко мне.