Мост

Я действительно ощущал слабые импульсы тоски, одиночества, острого желания вернуться из тьмы на свет, где так много замечательных вещей, люди, которые обо мне заботятся. Скорее эхо бродило, а не подлинные краски жизни, но и оно показалось подарком судьбы. Я лишь теперь сообразил, что и волю на поиск выхода черпал в несчастной собаке. Бедняга отдал мне всё, чем обладал, а я отблагодарил быстрой жестокой расправой.

Из горла вырвался тихий скулёж. Я подошёл к трупу и лизнул крутой лоб, мягкое как бархат ухо.

Мы теперь были общим существом, но в живых остался только один, второй остывал на холодном камне.

Странно, я так много людей убил ради насыщения, да и ту акулу схарчил между делом, а ничего подобного никогда не ощущал. Грусть плыла внутри как упавший листик по воде. Неужели душа собаки оказалась лучше моей?

О многом теперь предстояло подумать, потому что выхода из ловушки я по-прежнему не видел.

Снаружи доносились разнообразные звуки. Мои большие чуткие уши ловили их без труда, и я догадывался, что в госпитальном городке во всей красе сияет день, но какое значение это имело для запертого в кромешной тьме существа?

Я побродил, обнюхал все углы, проникаясь собачьими интересами, а потом улёгся на старую подстилку, оказавшуюся охапкой сломы.

Кто-то пользовался ею и до меня, я ловил запахи нескольких людей, давние и относительно свежие, невольно задумался, какова оказалась судьба тех несчастных и горше ли она была моей. Никто из них, по крайней мере, здесь не умер.

Признаться, я не сразу сообразил, что рассуждаю слишком здраво для четвероного зверя. Даже с учётом неплохого умственного развития собак, разум выглядел совершенно адекватным. Я встрепенулся, обнаружив в мохнатом облике себя прежнего, привстал на передних лапах, потом опять лёг. Быстро повторил наизусть несколько несложных заклинаний, и они, что называется, без труда отлетели от зубов, если можно так отозваться о выговоренных лишь про себя словах.

Неужели у меня получилось? Я паковал свой разум, чтобы сберечь его в маленьком собачьем мозгу, и у меня всё вышло? А почему нет? Вернувшись из акульего странствия, я же не утратил суть, значит, в любом низшем обличии она всего лишь спала, дожидаясь адекватного пробуждения.

Я не захотел сдаваться, боролся до конца, и получил вожделенный приз. Эх, дерись я наглее в рукопашной, глядишь сейчас ходил бы героем…

Я запнулся на этом месте не потому, что разум подвёл.