Солнце из черного камня

Объяснить это можно только тем, что доктор нашел то, что искал. Проводника. — Экстрасенс кивнула в сторону Ильи. — Доктор показывает события, произошедшие непосредственно перед его смертью. Зачем, спросите вы. Думаю, доктору нужно, чтобы Илья сделал за него то, что он сам в силу обстоятельств сделать не может.

— Что должен сделать Илья?

— Для того чтобы это понять, и нужен эксперимент с гипнозом. Теперь мы знаем место, время трагедии. Нам известны действующие лица. Все получится, не волнуйся.

— Ну хорошо, тогда сделай так, чтобы и я попал туда с Ильей.

— Я не могу это сделать. Ты слишком примитивный, твое восприятие эфемерных тонких материй на нуле. И потом, доктор выбрал проводником его, а не тебя.

— Это все может плохо кончиться, — расстроился Егор.

— Не волнуйся, это не видения, это искусственное погружение в полностью контролируемый гипнотический сон. Если что-то пойдет не так, мы его разбудим. — Рита поправила на груди талисман из черного оникса.

— Я готов, — прервал их спор Илья.

— Устраивайся поудобнее. Слушай только мой голос. — Рита встала с дивана и вытянула вперед руку.

Перед лицом Кораблева закачался неизвестно откуда взявшийся маятник. Илья несколько секунд ерзал, не зная, куда деть руки, но, услышав голос Риты, успокоился и замер, внимая ее словам.

— Слушай и услышь мой голос. Почувствуй, как расслабляется твое тело. Закрой глаза, и ты окунешься в черноту, которая окутает тебя теплом и покоем…

Илья закрыл глаза и непроизвольно кивал в такт словам экстрасенса, не пытаясь вникнуть в смысл.

— Потому что иногда бывает трудно понять… Кажется, то, что было, превращается в то, что будет… Можно из прошлого увидеть будущее, а может, кажется, что это будет… и из будущего посмотреть на прошлое… и мой голос взять с собой.

От монотонного бормотания Илья обмяк, полностью доверившись экстрасенсу. После стресса и беспокойной ночи в полицейском участке он впервые чувствовал покой и умиротворение. Тело приобрело невесомость и воспарило.

Он почти споткнулся о дверь, дощатую, крашенную темно-коричневой, почти черной краской.

Глава 26 Портрет Сталина

Федор Ксенофонтович толкнул входную дверь, которая поддалась не сразу, словно не желая выпускать его из стен следственного отделения НКВД. На слабых ногах он вышел на улицу, застегивая на ходу пиджак. Ветер вырывал полы пиджака из непослушных рук.