Школьный демон. Четвертый курс

Я стоял перед ним навытяжку, мучительно осознавая отколотый косяк, — надеюсь, ты действительно понял, насколько ребяческим было твое поведение? Ты расстроил и напугал маму, заставил беспокоиться меня… Неужели трудно было вызвать кого-нибудь из семейных домовых эльфов и отправить сообщение с ним, раз уж сказать лично — никак не получалось?

Мне оставалось только склонить голову. Отец был прав. Я повел себя… не просто по-ребячески, но как сопливый одиннадцатилетка, которому купленная первая палочка вскружила голову властью над магией.

А ведь из-за таких вот выходок и придумали этот «Закон о разумном ограничении колдовства несовершеннолетних»… Я выпал из-под действия этого закона, благодаря беспалочковой магии, которой нас учил Морион… но голову-то на плечах надо сохранять?!

— Ладно, — отец поднялся из кресла и потрепал меня по голове. Как и обычно, это означало, что разнос закончен, и теперь начинается конструктив. — Дигги! — посреди комнаты появился накрытый столик с моими любимыми печеньями, и второе кресло, в которое я и опустился.

— Итак? Каковы результаты делового визита? Ну, помимо того, что испугал меня и маму?

— «Цели текущей кампании — достигнуты» — процитировал я.

— То есть, уже не надо опасаться внезапных сливов компромата? — усмехнулся отец.

— Есть время разбрасывать камни, и время собирать их, — ответил я.

— Это понятно, — ответил отец. — А тем, какие именно цели достигнуты — не поделишься?

— Разве что некоторыми, — улыбнулся я. — В частности, одной из целей было пропихивание закона о родовых артефактах.

Теперь мантию-невидимку, Дар Смерти, у Гарри можно отобрать разве что единогласным решением Визенгамота, какового не случалось с тех самых пор, как Визенгамот объявил Уизли Предателями крови.

— Да уж… это надо было так выпендриться, чтобы объединить против себя весь Визенгамот, вечно раздираемый внутренней склокой? — усмехнулся отец.

— Кстати, — поинтересовался я, — Ты не знаешь, что именно сделал Антрас, что прокляли не только его, но и всю семью?

Отец пожал плечами.

— Не знаю. В нашем архиве есть только упоминание о самом факте приговора, но не о том, за что он был вынесен. А в архивах Визенгамота эти документы хранятся под такими грифами секретности, что их впору разве что Дамблдору просматривать. Хм… Пожалуй, я смогу угадать и еще одну цель. Рита, не так ли?

Я постарался изобразить удивление… уж не мне судить о степени успеха этого начинания.

— И не надо тут корчить рожи, — усмехнулся отец.