Школьный демон. Четвертый курс

Правда, не сказать, чтобы он так уж сопротивлялся… Но и сам по себе — вряд ли бы пошел.

Ночная прогулка под мантией-невидимкой была удивительно романтичной. Чтобы мы поместились под один плащ, нам пришлось тесно прижаться друг к другу, а Гарри еще и обнял меня.

Конечно, защитными свойствами мантии мы не обольщались. Но Гарри сказал, и, судя по всему, был прав, что нам не надо «прятаться». Нам надо «обозначить намерение спрятаться», и те, кому не надо — нас «не увидят», даже если мы будем ходить вокруг них кругами, дыша как бульдоги, и топая как лошади.

Бледная тезка нашей мелкой Малкавиан освещала нам путь в ночной тьме. Деревья стояли уже голые, и их темные ветви тянулись вверх, угрозой холодным небесам. Тишина ночи то и дело прерывалась звуками, доносившимися из Запретного леса. Мне очень хотелось обернуться, и выяснить, что за добыча осмеливается заявить о своем присутствии на охотничьей территории пары мантикор? Но пока что у нас были дела поважнее, чем утоление охотничьего инстинкта.

К хижине Хагрида мы подошли где-то за полчаса назначенного времени.

— Кто там? — недовольно проворчал хозяин хижины, открывая дверь на наш стук. — А, это вы, ребята? Рано вы что-то…

— Не «рано», а точно вовремя, — ответила я, рассматривая результаты его попытки прихорошиться перед походом на свидание. — Илька! — домовушка возникла с легким хлопком. — У профессора Хагрида через полчаса свидание. Его надо привести в приличный вид.

— Госпожа! — ахнула Илька. — Что же Вы меня раньше не позвали! Полчаса… Это же… — И она опять исчезла.

Я улыбнулась. Для большинства чистокровных волшебников такое поведение домовушки было бы шоком. Чтобы домовик осмелился обсуждать поведение хозяина? Критиковать его решения? Скорее чистокровный ожидал бы, что домовик начал бы наказывать себя, причитая, что не может выполнить порученного. Но Илька — это Илька. И мне удобнее общаться именно с такой домовушкой.

За полчаса мы управились… Ну… Почти. В первом, так сказать, приближении. Внешний вид Хагрида был приведен к некоему общему знаменателю. А заодно я, пользуясь некоторой наивностью полувеликана, попросила и получила разрешение накинуть на него «маску ожидания», заклятье по своему действию схожее с печально известной «Дивной половиной». «Ты останешься тем, кто ты есть, но людям будет казаться, что они имеют дело с совершенно другой личностью».