Школьный демон. Третий курс

«Эффект масштаба», знаешь ли…

— «Снизит конкуренцию»… — задумалась Миа. — Но разве государство не должно препятствовать такого рода сделкам?

— Должно, — кивнул я. — Но, разумеется, Люциус не станет покупать эти акции на свое имя. Акции купят компании, акциями которых владеют другие компании, контрольный пакет которых — у Малфоя, и это еще простая и примитивная схема.

— Дела… — Аналитик дернула себя за прядку возле уха, — Но вот что странно… То, что ты описываешь… Я думала, что такая развитая биржа есть только у магглов.

— Не волшебники, — улыбнулся я. — Гоблины. Думаешь, Гринготтс мог упустить такой способ выкачивания золота из волшебников просто из-за того, что он «маггловский»?

— Выкачивания золота? — удивилась Джинни. — Но ведь мне рассказывали, что на бирже можно и выиграть и проиграть…

Мы с Миа переглянулись и сочувственно посмотрели на наивную девочку.

— Выиграть или проиграть могут только игроки, — пояснила Миа, — а казино всегда остается в выигрыше.

В этот момент поблизости раздалось:

— О Всеотец Ме…

Договорить у Перси не получилось. Вместе со случайно оказавшимся поблизости Роном он был сметен и впечатан в стенку «непроизвольным» и «паническим» «выбросом магии».

Глава 47. Смысл страха. (Гермиона)

— Мистер Поттер! Что Вы делаете? — от преподавательского стола к нам надвигался Дамблдор.

Я перевела взгляд на Гарри, и поразилась: уверенный и спокойный обычно парень, сейчас прямо-таки дрожал.

— Мистер Поттер! Гарри! Что с тобой? — встревоженно пытался дозваться до ученика директор.

— Вссе… Всеот… Всеотец! Он сказал: «Всеотец!» — выдавил-таки из себя Гарри. — Так ОНИ говорили…

— Кто «они»? — спросила подошедшая Макгонагалл.

— Волки, — вздрогнув, ответил Гарри.

— Какие еще «волки»? — строго сверкнула глазами декан Гриффиндора.

— Космические волки, — пролепетал Гарри.

— Гарри, — в свою очередь вздрогнула Макгонагалл, — я же говорила тебе, что никаких «Космических волков» — не существует. Это просто маггловские выдумки.

— Но если их не существует, то зачем кому-то поминать Всеотца? — и Гарри упрямо повторил: — так говорили Волки!

Я обратила внимание на стол преподавателей. Если Гарри был бледен и трясся, то Люпин выглядел ничуть не лучше. Бледный, как смерть, он с каким-то ужасом смотрел на Гарри.