А на кладбище всё спокойненько

Я прикинул, где спрячу новую одежду на день, чтобы не портить её, залезая в ней в землю, и тут меня поразил сам факт несомненно свершившейся перемены. Впервые за долгие годы у меня появилось два костюма. Что-то несомненно произошло со мной, раз я перестал довольствоваться одним.

Глава 5

Кладбище шуршало сплетнями. Наевшиеся досыта ходящие собирались кучками и толковали о моих заскоках, привидения и те замечены были группами, хотя они друг дружку терпят ещё меньше материальных покойников. Меня этот ажиотаж временами забавлял, временами раздражал, но в целом я не обращал на него внимания.

Сама Дама-с-окраины пожаловала к моему любимому надгробью, на котором я разложил старые вещи, когда облачился в снятые со свежего трупа. Хорошо хоть не подглядывала, как переодевался, здесь довольно трепетно соблюдались старые обычаи. Она остановилась на дорожке, напряжённо мерцая. Призраки передвигались примерно как материальные объекты, редко позволяли себе сочиться насквозь, Герхард говорил, что протаскивать себя сквозь кусты не неприятно, а стрёмно.

Не представляю, где он подцепил это слово, да и что оно значит – тоже.

Пришлось поднять взгляд: привидения жутко злятся, когда на них не смотрят, говорить ведь они могут лишь знаками и по-иному привлечь внимание не способны. Каким образом они ухитрялись слышать то, что им отвечают, я себя не спрашивал – не настолько было интересно.

– Ты, правда, решил бросить кладбище, Мина?

– Что за чепуха, Вероника. Я всего лишь намерен прогуляться.

Она подплыла ближе, кутаясь в своё балахонистое одеяние.

При жизни отличалась наверняка статью и красотой, даже эта непонятная тряпица её не портила. Я ожидал брани, разгневанных жестов, но Дама глядела на меня, задумчиво, словно мысленно фильтровала до внятного осадка услышанные от ходящих сплетни. Стоило ли вообще тратить на это время? Мёртвые от скуки и плохого соображения наплетут такого, что живым и не снилось.

– А может, ты и прав, – сказала она внезапно. – Если имеешь шанс покинуть это скорбное место, надо им воспользоваться.

Ты не привязан как все мы к куче каменных плит и дешёвых некрологов.

– Упырь среди людей! – презрительно фыркнула Лукреция, подходя ближе. – Это противоестественно. Мёртвые ходят с мёртвыми, живые – с живыми.

Тяжёлое топ-топ бродящего забавно контрастировало с неслышностью привидений. Лукреция соображала получше многих, но всё равно старалась говорить короткими предложениями, словно опасалась выдать несовершенство мышления.