Герои, Чудовища и другие

Уйдет он и все кончится… Наверное, потом мне будет жаль, что приключения кончились… И парень Эйты интересный, любопытно с ним… Но сейчас я устал.

Эйты молчит, но мне кажется, что думает он уже не о своих проблемах, а о моих. Как догадался? Не знаю, но все-таки он же у меня в голове. Он слышит эхо моих мыслей, я ― его… Наверное, так.

― Юрка, а “голосовать” ― это что значит?

― Ну, попросить водителя мимо едущей машины подвезти. Но мне нельзя так ― я ребенок, любой взрослый в полицию меня сдаст ― виданное ли дело, чтобы ребенок один посреди трассы болтался! 

― Не сдаст.

Волшебник я или так, воображаемый друг? Голосуй, а то в самом деле, ноги до задницы сотрешь, пока до города доползем.

Но не понадобилось. Дошли кое-как до остановки, минут десять я просидел ― отдыхал… А тут и автобус подъехал. Будний день, время идет к полудню, народу в автобусе мало. Сажусь в кресло, дремлю до самого города.

Рядом едет какая-то старушенция с огромной сумкой какого-то садового инвентаря. А может, уже урожай чего-нибудь собрала.

Сидит хмурая, на меня не смотрит.

Пара парней в майках, загорелые, пахнущие потом и пивом, сидят впереди, громко, матерно обсуждают что-то очень важное, но непонятное. Кто-то кому-то дала, или не дала… Смутно догадываюсь, о чем может быть речь, но мне все равно. Я дремлю.

Эйты молчит, но я знаю ― он напряженно вслушивается, только не в парней, не в старуху, а куда-то далеко, туда, где вынюхивает наш след мерзкий черт, где бродит призраком душа доктора, где… Что там происходит сейчас? Мне тоже любопытно, я пытаюсь прислушаться тоже.

Вдруг, когда он слушает, мне тоже будет чуточку слышно?

Мне снится какая-то ерунда.

Совершенно голая девица под холодным осенним дождем, ковыряет глину обломком лопаты и скулит по-собачьи. Рядом труп волчицы, здоровенной, седой. Все в грязи, мокрое, холодное, и мне самому становится холодно. Девица совершенно незнакомая, но я почему-то уверен, что где-то её видел.

Потом вижу драку крыс на помойке. Одна жирная, большая, шерсть лоснится, желтые зубы блестят.

Вторая битая, вся в шрамах, и тоже здоровенная, но тощая. И вот первая вторую гнобит, шпыняет, а та лишь попискивает и покорно так ползает… А потом как бросится на горло! Кровь, визг, клочья шерсти… Противно. И под конец крыса-ветеран сжирает еще дергающееся тело жирной… Фу, гадость.

Потом вдруг слышу Эйты. Он словно стоит у меня за спиной, чуть слева, и тихонько шепчет, правда, не словами, а как-то непонятно… Но понятно.