Азиман

Розовая ступня с накрашенными ногтями на изящных пальчиках наступает на игрушечного солдатика, что-то тихо хрустит, девица тихо ойкает... И в голове проясняется.

Почти голая развратная девка не сочетается по атмосфере с ярко раскрашенными солдатиками на полу. С бабушкиным креслом, с тапочками, лежащими рядом, с очками в толстой оправе на носу…

Не задумываясь ни о чем, Женька сильно бьет кулаком с зажатым в нем болтом, снизу в челюсть.

Словно в стену… Боль бешеная, в кулаке что-то хрустит.

Слезы туманят взгляд, перехватывает дыхание, но, когда Женька промаргивается, он обнаруживает, что и в самом деле со всей дури ударил стену гаража.

Никакого домика на стене. Зато видна небольшая вмятина… И кулак пульсирует болью, похоже, все таки, что-то сломалось…

― Проклятье… ― шипит Женька сквозь зубы.

Кое-как разжимает кулак, роняет болт, садится на корточки, поднимает его, кладет в карман. Теперь для левой руки.

― Тропа, мммать её, войны…

Поляна, цветы, тихая музыка.

Тепло, солнце, аромат цветов.

Очень приятный сон. Тихий, радостный… и чуточку волшебный.

Светлана улыбается.

Конечно, она вернулась домой. Женя-Азиман обещал позвонить на её работу и как-то договориться про отгул. А она прилегла. После таких переживаний очень хотелось расслабиться.

И теперь она дремала, одновременно понимая, что спит и наслаждаясь сном.

Интересно, такой по-детски радостный, приятный сон — это Женькин подарок? Может быть, сама она не видела таких снов с детства.

— Светлана?

Танец замедляется, она оглядывается. 

Ститха. Он-то как сюда попал?

Огромный, зубастый, при свете солнца чешуя горит золотом. 

Почему-то почти не страшно. Это же сон.

— Извините за вторжение, Светлана, но мне очень надо с вами поговорить.

— Слушаю вас.

— Видите ли, Светлана, мне кажется, я мог напугать вас неправильно, и я пришёл уточнить и, возможно, объяснить.

— Напугать меня правильно? Но я здесь вас не боюсь — это же сон, здесь не может произойти плохого.

Дракон улыбается.

— Ну, строго говоря, может, но я не имею таких намерений. А напугать — да, вы должны бояться правильно.

Светлана улыбается в ответ, взмахивает стрекозиными крылышками, взлетает и повисает прямо в воздухе чуть выше драконьей головы.

— Слушаю вас.

— Я не хотел бы, чтобы вы считали, что подвергались какой-то невероятной опасности.