Посланники тени

длинные, мокрые ресницы опустились, по щеке покатилась одинокая слеза.

– Что с тобой? – не понял демон.

– Я… мы… мы служили эгрегору… Хранители и сейчас собирают для него силы. Но каждой из нас говорили, что мы служим… только Одному. Первому после Бога, а он оказывается даже не един.

– Бог тоже не един. Эти две противоположности и создают наш биполярный мир. Как «да» и «нет» в ответе на любой вопрос. И только их совокупность даёт нам единое имя – Творец. Но мы с тобой слишком мелкие пешки, чтобы о таком рассуждать.

– А тебе то откуда об этом знать?

– Нам никто не запрещает думать. Отсюда все смуты и межклановые войны. А ты слышала о смутах у ангелов?

– А как же падение Сатанаила?

– В тот момент он перестал быть ангелом.

За спиной Саркона тем временем попадали на землю все воплощенные мороки. Воспылавший жаждой убийства Аргону сжёг все нити, связующие их с воззвавшим хозяином. Некромант остался один. Пересохшие, побелевшие губы перестали исторгать заклятья, их больше не подхватывал ветер. Но и сам повелитель мёртвых был незрим.

Аргону оскалился, поведя носом, словно принюхиваясь. Сильный дождь мешал восприятию, делал слепым. Чёртов некрос дурачил, копил новые силы. А ливень остужал пыл, вытягивал силы.

Демон, больше немедля, открыл портал. Вновь алое зарево взметнулось до самого неба и из него выпал полуголый, заросший длинными волосами и бородой человек. Тут же скрючился в луже в позе младенца. То ли холод терзал его ещё до переноса, то ли мучала дикая внутренняя боль.

– Перекидывайся, Кан! – велел Аргону.

– Я… не… нет! Я получил право трансформации не по наследию! Мне больно вдвойне! Я не всегда был оборотнем! Помилуй!

– Немедленно! – настоял демон. – Ты же знаешь, что мои пытки по сравнению с твоей трансформой ничто.

Человек заскулил, завизжал совсем по-собачьи и приподнялся в луже на локте. Блеснувшая молния обозначила бурный рост волос по всему телу. Последняя одежда спала, порванная, как старая шкура, и когда над кладбищем пронесся гром, то рядом с демоном уже стояла большая лохматая серая собака.

– Искать! – снова приказал Аргону.

Пёс повел головой, ловя сотни запахов: дерева, травы, дождя, земли, воды, камня, гранита, железа – и среди них мелькнул запах живого. Ведь единственное отличие некроманта от своих подопечных состояло в том, что сердце, пусть медленно, но стучало. И кожа выделяла запах жизни.