Посланники тени

Люция, не убирая меча, стараясь держать себя достойно, несмотря на дикую усталость. Степенно прошла вдоль ряда застывших мороков и встала по другое плечо от Саркона, искоса поглядывая на пришельца из портала.

– Это мой брат Аргону. Четвёртый по старшинству из нашего выводка, – тихо произнёс Саркон.

– Рада работать с вашим братом, – выдавила из себя ангел.

Новоприбывший демон хохотнул, отворачиваясь от Люции. Тут же потерял всякий дальнейший интерес к её особе. Словно не ангел, а камень в луже или тот же самый холодный ненавистный дождь.

К нему со временем привыкаешь.

Рука Аргону коснулась плеча брата, другая нырнула во внутренний карман ветровки.

– Я не справился, но… не надо! – почему-то вскрикнул демон и загородил Люцию широкой грудью, мало обращая внимания на качающихся на месте мороков.

Наверное, его брат был большей угрозой, чем все эти мороки вместе взятые, решила Люция.

Ангелу хотелось обнажить меч, отодвинуть демона и снова посмотреть в чёрные глаза Аргону, но что-то внутри подсказывало, что лучше в дела семейные не лезть.

Демон не её уровня. Без второго меча и без ангельской подмоги нет шансов.

Аргону неторопливо вытащил из куртки что-то чёрное, шипастое. Саркон узнал перчатки Аргону. Воистину могучий артефакт тех дней, когда брат завоевывал себе место под тусклым солнцем антимира.

– Ты справился. Даже вы… справились. Мне они больше ни к чему, – Аргону, совсем по-человечески растягивая предложения, протянул перчатки. – Ты нашёл убийцу Валкара. Заставил его раскрыться и подтвердил мои догадки.

Этот некроский шлейф я не забуду. Я ведь первый явился тогда на место битвы и ещё застал его запах. Перепутать то, что врезалось в сознание, сложно. Ошибка исключена.

Саркон торопливо стянул свои почти потухшие перчатки огня, заткнул за несгораемый пояс и бережно принял подарок брата: скроенные с кожи старой чёрной саламандры, с четырьмя багровыми шипами меж костяшек, сделанных из её зубов, прочнее которых нет ни металла, ни костей.

Осторожно натянул перчатки, ощущая жидкий огонь, полившийся по кистям, рукам и дальше по жилам.

Сначала внутренний огонь, питающий притухшее пламя ярости и уставшее тело, заполнил от рогов до когтей на ногах, затем синее пламя вспыхнуло на черной коже перчаток.

Саркон попробовал подвигать пальцами, сжал-разжал. Перчатки были чуть великоваты, но артефакт не стал противиться новому хозяину.

«Хорошо. Схватка с ним забрала бы последние силы».

– Признали, значит. Самое время.