Посланники тени

– Владыки подземелья, тебя ещё не хватало! – просипел сонный демон, разглядев непрошенного гостя. – Икзар! Как ты прошёл сюда?

– Легко пройти туда, где не закрыто. Я учуял твои метки.

Над головой вроде стояла девушка, но демон видел её суть: двурогий демон. Любой бык позавидовал бы размерам тех рогов. Но их было всё же два, а не три, так что в семье по иерархии Икзар стоял ниже Саркона. И словно стараясь компенсировать это, не званный гость был шире Саркона и на полголовы выше. И крылья. У него были крылья.

Демон отпрянул от ангела и расправил их, словно пытаясь показаться во всей красе.

– Какого чёрта у тебя появились крылья? – не понял Саркон, последний раз видя брата без этого атрибута сил.

– Всё просто, – улыбнулась девушка-сатанистка, не стареющая уже полвека. – Тебя изгонят, меня повысят. Отец знает, кто чего достоин.

– Изгонят? За что?

Икзар рассмеялся. Саркон оскалился.

Демон напротив него был последним, кого напарник ангела хотел бы видеть всегда, а тем более при полном упадке сил.

Икзар, как последний из семи братьев, рожденный не по летоисчислению Энрофа не так давно, всегда стремился во всем быть первым и основной своей задачей считал превзойти Саркона, шестого, предпоследнего брата в семействе. Будь у него возможность снести брату голову, поступил бы так не раздумывая.

И это было взаимно.

Непрошенный гость присел на корточки перед Сарконом, оскалился:

– Дырка в роге? Какой же ты жалкий сукин сын, Сар. Валяешься на полу как побитый пёс. Хозяйка не пустила на кровать? Но зачем псине кровать? Лежи себе на коврике. Самое достойное для тебя место… изгой.

– Я не изгой!

– Пока… нет. Пока нет, но твой запах уже противен демонам. Ты пропитываешься смрадом ангела.

Саркон приподнялся, ощущая, как грудь буквально отклеивается от половика.

– Можно подумать ты из другого помёта, жалкое ничтожество, – привычно ответил Саркон. – Я работаю во внешнем мире. Но кто тебя выпустил из внутренних пределов? И ещё раз спрашиваю – кто дал тебе крылья?!

Икзар молча переступил через брата и склонился над Люцией. Полной грудью вдохнул сладкий запах её волос. Недобрая ухмылка расползлась по лицу.