Посланники тени

– К сожалению, медицина бессильна, Алексей Иванович. Рак крови… Да ещё на такой стадии. Но вы отлично держитесь. Почти не проявляется на внешнем виде.

В висках стучало, стало сложно дышать. Захотелось упасть на пахнущий хлоркой кафель, свернуться в клубок и лежать, не двигаясь. Это снаружи полон жизни и цветёшь как майский ландыш, а внутри уже подтачивает червяк, прокладывая каналы неотвратимой смерти.

«Чёртовы клетки, возомнившие себя организмами! Внутренние повстанцы! Где все эти нано-технологии, которые спасут всех и вся? Куда смотрит медицина?» – пронеслось в голове.

– Сколько мне осталось? – прервал он, не слушая болтовню доктора.

В ушах стоял гул и слышался только грохот сердца, которое гоняло по венам вместе с жизнью отраву. Никаких вирусов, никаких болезней или наркотиков, просто генетический сбой тела. Как нелепая шутка, обернувшаяся трагической случайностью.

– Может, неделя, – сухо ответил доктор. – Я выпишу вам сильные обезболивающие.

«Почему именно я? Господи, за что? Я не убийца, не вор, с чужими женами если и прелюбодействовал, то исключительно по обоюдной любви.

Заверещал сотовый доктора, он извинился и вышел в коридор, оставляя молодого, преуспевающего предпринимателя, который едва встал на ноги и начал жить, один на один с тяжёлым известием.

«Профессионал, черт бы его побрал! Как патологоанатом, который идет обедать в строго отведенное время, несмотря на то, что только-только мог разбирать труп по запчастям. Эксперт!» – вновь пронеслось в голове.

И вот один на один со смертью. Это как бревном по голове и в долгий полёт. Из тела выбрасывает, и никак не можешь понять – здесь ты или это всё сплошной кошмарный сон?

«Где это чертово утро? Жена, разбуди!»

– Нет, нет, нет. Ну, не может быть. Ну, что за чёрт? Я ещё не жил, – зашлёпали бессмысленно губы.

Пациент бессильно громыхнул по столу, крича и не сдерживая себя в крепких словах. Теперь стесняться некого, барьеры все рухнули. Тем, кому терять больше нечего, стоящим одной ногой в могиле, бояться некого.

Хотелось бежать, сопротивляться, воевать до последнего, но этот внутренний червяк убеждал, что всё бессмысленно.

«Пистолет к виску, что ли, чтобы не мучиться? У шурина дома ружье. Поймёт.