Посланники тени

Бесы умчались под потолок и спрятались за Саркона, корча рожи и показывая языки ангелу. Обращать на них внимания смысла не было. Главное – суть.

Демон схватил одного беса, задевшего его за ухо, и размазал по стене. Мелкое проворное создание пискнуло и рассыпалось по полу грязью и пылью.

Беса можно почувствовать, бесконечно убираясь в комнате, но вновь и вновь ощущать грязь и пыль. Убрать это можно только положительными эмоциями. Но где из взять в скорбящей семье, что всегда будет жить в прошлом?

– Теряешь прислугу, – хмыкнула ангел.

– Даю тебе фору, пернатая, – не сдержался в колкости демон, ненавидя этих мелких существ ничуть не меньше, чем младшего брата.

Небесная дева первой вошла в комнату. Двое людей лежали в одной большой кровати. Отец лет сорока и дочь шестнадцати-семнадцати лет.

– Ещё пару веков назад таких отдавали замуж, – заметил демон. – Они уже нянчились с первенцами и стояли на хозяйстве.

– Но в современности эти половозрелые создания считаются несовершеннолетними, – добавила Люция.

Она прекрасно помнила, сколько страстей у нее было в голове в этом возрасте.

За окном стояла беспросветная темнота. Ни звёзд, ни полумесяца в тумане. Нудный дождь продолжал стучать по крыше. Барабанной дробью отвечал старый подоконник. Сквозняк свистел сквозь приоткрытое пластиковое окно.

«Прохладно», – заметила Люция и приосмотрелась.

Отец крепко спал. Дочери, чтобы закрыть окно, вставать не хотелось вовсе.

Люция прошла до кровати и села на край, концентрируясь на девушке.

Эта любовь заставляла её каждую ночь под разными предлогами оставаться в его кровати. Она сама не знала, чего хочет. Странные ощущения тянули к разбитому горем родителю, желая помочь.

«Но благими намерениями вымощена дорога в ад», - прекрасно понимала Люция: «И этот ад бурлил внутри юной особы».

Демон подошёл вплотную и присел рядом, ожидая реакции напарницы.

– Нет, – прошептала дева неба. – Не делай этого. Он спит. Его не потянет к собственной дочери.

– Несмотря на всё отчаяние? На дикое желание, что иногда накатывает и погружает с головой? – усмехнулся демон. – Ты, конечно, пернатая, но умом вроде не хвораешь. Она…

– Вероника, – добавила Люция. – Её зовут Вероника.

– Она нуждается в тепле, он отстраняется, – обронил демон. – Не дополучая душевного тепла, она ищет его более низкую форму в жалкой попытке согреться. Он же… не говори мне, как его зовут. Они все для меня на одно лицо.