Вечная кровь

Или хирургическим скальпелем. А, может быть, и хорошо наточенным кинжалом, я не настолько специалист, чтобы по характеру раны точно назвать орудие. Пусть эксперты разбираются.

Кровь из раны залила простыни, превратив их из белых в темно-алые, и попала на пол, застыв там громадными темными липкими пятнами (я не наступал, но знал, что они липкие). Даже на стене за изголовьем кровати была кровь. Все верно. Где-то я читал, что если перерезать человеку сонную артерию, то фонтан крови хлынет на два метра. Судя по тому, что я вижу, похоже на правду.

Что же получается? 

Сначала я делаю репортаж о страннейшем и жутком убийстве на улице Кожевников, в доме семь, квартира четыре. Целое семейство из пяти человек лишили крови посредством ран на шеях в районе сонной артерии. При этом кровь куда-то делась, так как на месте преступления ее практически нет.

Далее, в ресторане за обедом я встречаюсь с архивариусом Иосифом Казимировичем Белецким, который намекает, что данное убийство – не случайность и нечто подобное в нашем городе уже происходило в черт знает какие далекие времена.

Потом, вечером, я преследую неизвестное существо (человеком его назвать трудно, не бегают люди с такой скоростью) до окраины города. Конкретнее – до леса Горькая Вода. В этом мне помогает городской извозчик Рошик по кличке Лошадник.

Перестрелка с последующим попаданием в мир, который иначе как миром будущего назвать нельзя.

Обратная дорога домой.

И вот я здесь, в квартире убитого господина Белецкого.

Неожиданно меня замутило. Я прошел на кухню, нашел в шкафу початую бутылку коньяка и стакан, хотел налить, но тут же вспомнил, что на месте преступления трогать ничего нельзя. Можно случайно затереть следы. К примеру, отпечатки пальцев. Последнее время наука дактилоскопия, утверждающая, что каждый человек обладает уникальным узором папиллярных линий на коже, все больше проникает в криминалистику по всей Европе, включая Российскую империю. Во всяком случае, в Петербурге и Москве тамошние следователи, как я слышал, ее начинают не без успеха применять.

Я с некоторым сожалением убрал руку, которая уже намеревалась достать бутылку и стакан, и закрыл шкаф. Ладно. Как бы то ни было, а прежде всего надо сообщить о случившемся тому же Леславу Яручу. Он хоть и полицейский, но мозги у него на месте, и мозги неплохие.  Опять же – это моя прямая обязанность как законопослушного гражданина.