Первая раса

Пару раз его советы оказывались настолько дельными, что у мальчика даже не возникало сомнений, слушаться или нет. Уже теперь, будучи взрослым, Эль иногда диву давался: как отец в его возрасте мог быть таким мудрым.

Не воруй, не обманывай, не завидуй, не желай зла, цени каждую жизнь.

Конечно, не все его уроки были понятны с первого раза. Например, тот самый про одну-единственную девочку. Маленький мальчик никак не мог взять в толк, как он поймёт, что нашёл правильную? Она об этом скажет? Или отец объяснит? Или же он почувствует это сам?

Каким бы странным ни казалось наставление отца, Эль всё же его понял.

Всё стало понятным тогда, когда он встретил маленькую девочку. Казалось бы, о каких чувствах тут можно говорить: вполовину младше тебя, да ещё и дочь егерей!

Но именно в той девочке Эль и нашёл своё спасение. Её не остановила ни его грубость, ни запреты родителей: она так же остро нуждалась в нём, как утопающий нуждается в глотке воздуха. Как минимум за доброту и помощь можно быть благодарным человеку, неважно какого он возраста, какой расы и касты.

Эль смотрел в её серые глаза и чувствовал себя свободным, смеялся вместе с ней и испытывал горячее желание жить. Прикасался к ней и понимал: только эту девочку он бы с радостью катал на велосипеде.

За несколько месяцев Эль привязался к новой знакомой так, что ни палкой, ни лошадиным хлыстом не отогнать. Доверился, позволил себя приручить и полюбил. И эта любовь вышла ему боком.

Со временем острая боль от потери сменилась тупой.

Может ли постоянно болеть старое увечье? Оно не беспокоит до тех пор, пока его не потревожить. А поводов для этого было достаточно. Из раза в раз Эль как собака зализывал ноющую рану, дожидался, пока боль утихнет, и жил дальше до следующего приступа.

С тех пор как Риса появилась в его жизни вновь, приступы прекратились.

Первое время Эль испытывал к ней больше родственные чувства, как если бы был её старшим братом. Ему хотелось заботиться о ней, помогать со всем, о чём бы его ни попросили.

Он, наверное, просто никак не мог осознать, что Риса уже не маленькая девочка.

Не мог ровно до того вечера, когда они устроили шутливую борьбу. Сидящая на нём девушка, крепко сжимавшая его бёдрами, не могла не вызвать определённой физической реакции. Эль тогда постарался как можно быстрее перевести всё в шутку, но с того момента его отношение к Рисе в корне изменилось.

Теперь Эль видел в подруге не только родственную душу, но и желанное тело.