Первая раса

Риса так погрузилась в свои мысли, что не сразу почувствовала вибрацию телефона. Девушка глянула на экран – и сердце ускорило ритм.

– Я буду у себя, мам!

– Хорошо, – рассеянно проговорила Тая, не отрываясь от бумаг. – Не забудь, скоро ужин.

Телефон уже перестал звонить, когда Риса влетела в комнату, запирая за собой дверь. От волнения она дважды набрала неверный номер, и когда в трубке раздалось уже ставшее родным «Привет, малая», девушка выдохнула облегчённо:

– Привет, Эль.

– А я думал, теперь я Бамби. Ещё не забыла, как меня зовут?

Голос молодого человека был немного сиплым и дрожащим.

– А что, в твоём окружении бывали случаи, когда кому-то отшибало память?

– Моя школа, – невесело засмеялся Эль. – Горжусь тобой, язва.

Девушка легла на кровать, вперившись взглядом в складки полога. Эль помолчал немного, а затем произнёс:

– Знаешь, малая, я вообще-то не планировал звонить. Но Рождество, как-никак, нужно поздравить. Ну и вот. С Рождеством.

– Спасибо, Бамби, и тебя, – Риса глазами пробежала по контуру узора на пологе.

Ей показалось, что Эль пожал плечами.

– Никак. Ты же знаешь, мы с Винни не отмечали праздников.

– Выходит, – девушка тяжело сглотнула, – все эти ёлки и украшения, всё это было ради меня?

Эль шумно вдохнул, как будто затянулся сигаретой. Или не как будто.

– Ну, выходит что так.

Снова повисло молчание. Чтобы не чувствовать себя неловко, Риса спросила:

– Лао сильно огорчился, что я больше не приду?

– Не знаю.

– Ты что, не ходил к ним? – искренне удивилась Риса.

Эль невесело усмехнулся и выдохнул, выпуская из лёгких сигаретный дым.

– Я в последнее время никуда не хожу. – Очередная затяжка. – А ты? Наверное, тебе уже всё в округе показали?

– Ну, не сказала бы, что всё, – Риса принялась наматывать на палец прядь волос. – Пару раз были в Бонне, брат водил на ярмарку.

Говорить о том, что они с Таей были у нотариуса, девушка пока не стала.

– И как, он сильно изменился?

– Кто? Бонн?

– Да нет же, – молодой человек повеселел. – Брат твой. Такой же худой, как и был?

Риса уже хотела было уточнить, с чего он взял, что брат худой, но потом вспомнила о старом фото.

– Ничуть не уступает тебе, – язвительно произнесла она. – Правда, не такая дылда, как ты.

Впервые за всё время разговора Эль по-настоящему засмеялся, и от его смеха в груди Рисы потеплело.