Первая раса

Так распорядился Бог.

– Мы найдём способ вылечить Люца, – говорила Риса, больше себе, чем матери. – И снова станем одной счастливой семьёй.

– Мы уже одна семья, – улыбнулась Тая.

Перед сном Риса долго ворочалась, пытаясь лечь поудобнее. На самом деле Риса прекрасно понимала: спать ей мешала отнюдь не горошина под матрасом. Так и не найдя удобного положения, в котором можно было бы быстро забыться сном, девушка достала из рюкзака пузырёк с сандаловым маслом и сбрызнула им постель.

Только теперь, когда её окружал привычный и ставший родным запах, она начала понемногу успокаиваться.

И уж точно она никак не могла представить, что в это же время, в городе за триста километров от Кёнигсвинтера, на крыше многоэтажки сидел тот самый «её». Молодой человек курил и всё прокручивал в голове сон: заснеженный лес, тишина, и красивая девушка, зовущая: «Не бойся, я тебя не обижу!»

18.

Теперь как будто бы началась новая жизнь. Рисе хотелось думать, что она наконец-то была по-настоящему счастлива, ведь обрела то, о чём грезила долгие тринадцать лет.

Абигель разделяла радость с подругой, но по-своему.

– Как ты думаешь, что тебе подарят на день рождения? – как-то поинтересовалась она. – Слушай, ты ведь теперь можешь попросить всё, что душе угодно! Может, машину?

– Почему бы сразу не автопарк? – съязвила Риса. – Хороша дочка: не успела обжиться – дарите мне подарки.

– Ты же не виновата, что нашлась именно в это время.

Рисе не нравились такие разговоры. Во-первых, она сама не любила свой день рождения, просто потому, что о нём обычно забывали. Ещё бы: нормальные люди празднуют Рождество, день рождения Пророка, кому есть дело до сиротки Рисы? Поэтому маленькая девочка предпочитала не говорить, когда родилась, а взрослая девушка подхватила этот обычай.

Во-вторых, Риса не любила разочаровываться: ещё один год прошёл вдали от родных.

А в-третьих, создавалось впечатление, что деньги были решающим для подруги. Интересно, что бы тогда она сказала, узнай, что возлюбленный Рисы далеко не инженер станции техосмотра? Поэтому Риса старалась сократить звонки Абигель до минимума.

Люциус, в свою очередь, как будто решил сделать то же самое. Старший брат, так обрадовавшийся в момент встречи, практически не разговаривал с Рисой.