Первая раса

– Подумайте, что вы больше всего хотите знать.

– Можно мне? – подняла руку Карина. – Мне интересно, что привезут мама с папой!

– Это глупо, – фыркнула Кристина. – Они приедут, и ты всё узнаешь. А вот нравлюсь ли я Демиану…

Девочка покраснела и захихикала. Младшая сестра надула губы, едва слышно ворча что-то. Видимо, старшая всё же расслышала, что именно, потому что ущипнула Карину. Не успела Риса вмешаться, как голос подал Эгон:

– Прекратите.

Сёстры моментально успокоились и, пока брат не видел, переглянулись.

– Пусть Эгон спросит, – заявила Кристина, едва заметно толкая младшую в бок.

– Да, пусть Эгон, – вторила Карина, ёрзая на месте.

Старший брат снисходительно улыбнулся и покачал головой. Но сёстры начали упрашивать его, и мальчик всё же сдался.

– Ну, хорошо, – не по-детски спокойным и ровным голосом произнёс Эгон. – Смогут ли мама с папой найти такую работу, чтобы им больше не пришлось уезжать от нас?

Кристина с Кариной снова переглянулись. Как будто это был совсем не тот вопрос, которого они ждали.

– Ваши родители часто уезжают?

Эгон кивнул, и его бледное личико как будто осунулось ещё сильнее.

– Бывает, – сказал он. – Мы редко ездим с ними, больше остаёмся с бабушкой.

– Не то чтобы мы не любили проводить с ней время, – поспешно добавила Кристина, как будто боясь обидеть бабушку.

– Понимаю, – кивнула Риса. – Если бы у меня были родители, я бы тоже хотела проводить с ними всё время.

Дети устремили к няне потрясённые взгляды.

– У тебя нет родителей? – воскликнула Кристина.

– У Тони Майера нет папы, – ввернула Карина.

– Дурочка, это не то же самое.

Риса с улыбкой наблюдала за малышами. Их настроение менялось удивительно быстро: секунду назад они грустили из-за расставания с родителями, а теперь от печали и следа не осталось.

Девушка поймала на себе пристальный взгляд Эгона. Мальчик смотрел на неё, ожидая, когда уже начнёт вершиться колдовство.

При себе из камней у Рисы были лишь отцовы чётки.

– Вы знаете, что это? Это называется чётки, и некоторые люди используют их, когда молятся, – пояснила она детям, отрицательно качавшим головой.

– Значит, ты молишься на них? – спросил Эгон.

– Нет, – улыбнулась Риса. – Эти чётки принадлежали моему папе, и я ношу их на память. Они сделаны из лунного камня.