Первая раса

– Как, по-твоему, я это преподнесу? «Эй, малая, хочешь, чего расскажу?»

– Было бы желание. Ладно, что во-вторых?

В этот раз Эль помедлил с ответом, но Винни понял его по одному лишь взгляду.

– Ты всё ещё думаешь, что она может обмануть?

– Да нет, – неопределённо промямлил Эль. – Кажется, нет. Не знаю. Просто пойми, – парень потёр лицо руками, – у меня нет права на ошибку.

– Согласен, у тебя нет права на ошибку. Но и ты пойми, – добавил Винни мягче, – второго такого шанса жизнь просто не даст. Даже если, – демон запнулся, – всё обернётся не так хорошо, как мы надеемся, ты не будешь кусать локти и жалеть, что ничего не сделал.

Эль поджал губы. Было видно, что слова Винни достигли своей цели.

– Я скажу, старик, – наконец согласился он. – Соберусь с духом, подберу момент и скажу.

– Хорошо. Я надеюсь, – Винни вильнул хвостом, – что такая возможность представится очень скоро.

***

…Большие окна закрыты кофейного цвета жалюзи. В комнату проникает так мало солнечного света, что понять, что происходит, можно лишь по ритмично движущимся телам.

Слышны болезненные стоны женщины и тяжёлые вздохи молодого человека. Его изогнутое, подобное дуге лука, тело блестит от пота. Ритмичные поступательные движения нижней части туловища напоминают рывки тарана. Сильные руки упираются в плечи женщины. Её волосы рыжим облаком покрывают шею и лицо, но и сквозь них можно разглядеть, как она сжимает зубы в попытке не закричать. Жертва яростно сжимает подлокотник софы.

Его же не смущают жалобные стенания.

Он наклоняется к самому её уху и шепчет, обжигая кожу женщины своим горячим дыханием:

– Считаешь, от всех негативных эмоций можно избавиться, крича в подушку? А я думаю, что человек ещё не придумал лучшего лекарства от депрессии, чем это.

Женщина хрипло вскрикивает от боли. Впиваясь ногтями в мягкую обивку софы, она пытается хотя бы немного отодвинуться от него, но молодой человек жёстко хватает её за волосы и резко тянет на себя. Теперь уже женщина кричит не сдерживаясь.

Слёзы бегут из её глаз, оставляя на щеках чёрные дорожки туши.

– Как думаешь, теперь я достаточно открыт? Или это ты открыта мне?

Женщина сжимает зубы. Всего час назад она чувствовала жалость к нему, желание помочь, поддержать. А сейчас ничего, кроме боли и ненависти. Бедняжка сжимается в комок, молясь, чтобы эта пытка закончилась как можно скорее.

– Все свои эмоции можно выплеснуть в разговоре, так ты считаешь? – в его голосе появляются яростные нотки.