По зову памяти былой

– качели остановились, и всё вокруг в детских глазах померкло, отдаваясь в лапы липкой серости, – Я всё ещё скучаю по папе...

– Я понимаю, звёздочка, – голос предательски дрогнул, а сам Корбл потупил взгляд в землю, – Не вини себя в случившемся: твой папа очень тебя любил. И любит до сих пор. Ему наверняка было очень тяжело решиться на такой шаг. Но знаешь, что я тебе скажу? Даже после смерти он всё ещё рядом с тобой: просто ты его не видишь. Папа не умер – просто ушёл на другой круг, который не видят живые люди, и с этого круга он наблюдает за нами, переживает и хранит.

Он жив в твоих воспоминаниях, поэтому постарайся сохранить их.

– Ушёл на другой круг? Что ты имеешь в виду? – девочка недоумённо глянула на Корбла.

– Понимаешь, солнышко, жизнь – это круговорот: смена времени суток или сезонов года, все преобразования воды в природе. Всё это циклично и повторяется из раза в раз. Это называется Circulus. Люди не вечны, но все они после смерти продолжают жить, только на другом уровне этого круговорота.

На невидимом уровне. Затем душа каждого из нас перерождается в нечто иное, но никогда не умирает. Просто забывает предыдущие жизни. Не вешай нос: это происходит не сразу, а занимает десятки лет, поэтому пока он всё ещё с тобой. И будет оберегать тебя, пока не переродится.

– Звучит запутанно, – Каиса тяжело вздохнула и заметно опечалилась, однако в зелёных глазах промелькнул лучик надежды, – Но, значит, папа всё ещё рядом, да? Просто я его не вижу... Знаешь, это всё равно очень грустно.

Особенно то, что когда-то он переродится и оставит меня.

– Мы живы до тех пор, пока нас помнят, – попытался приободрить её Корбл, – И твой папа тоже. Звучит, конечно, скучно и нудно, но это действительно так. Ты должна помнить, что ты не одна: у тебя есть мама, я, бабушка с дедушкой, которые безумно тебя любят. Все будут рядом. Просто сейчас нужно немножечко побыть сильными. Можешь поплакать, если тебе станет легче, а я побуду рядом.

– Я не хочу больше плакать, – миленький детский голосочек дрожал, Каиса проглатывала слова и сильнее цеплялась за руку Уэнделла, – Я не хочу плакать.

Я хочу, чтобы всё было как раньше. Когда папа был жив и мама не плакала. Я хочу к папе. Я часто думаю о том, как холодно и страшно там, под землёй.

– Твой папа был хорошим человеком, малышка. Очень грустно, что он умер так рано. Я понимаю твою боль, но нам нужно жить дальше. Ему сейчас ни холодно, ни страшно, ни больно: его тело больше ничего не чувствует.