Собиратели осколков душ

— Могу ли я увидеть ваше удостоверение врача?

— Да, конечно, — кареглазый жнец потянулся рукой под плащ, и через миг он вытащил из-под пазухи чёрный кожаный квадрат, напоминающий портмоне. Молниеносным движением он раскрыл его перед лицом Калина. Внутри был на вид обыкновенный белый лист бумаги. — Ну-с, так что там с вашими пациентами? — хитро усмехнулся он, захлопнув вещь в руке и убирая её обратно.

— Так вы международный специалист? — чёрные глаза медработника округлились в удивлении. — Простите, я не знал вашей классификации.

— За те сутки, которые я отсутствовал здесь, у вас что-то произошло? — поинтересовался Алан, подкатив своё инвалидное кресло поближе к врачу.

— Господа, — тяжело выговорил врач, — у нас... У нас есть серьёзные проблемы. Несколько из тех тяжёлых пациентов в критическом состоянии начинают проявлять странные симптомы. Они стали холодными, сердца бьются медленнее обычного. И их глаза... они безжизненные, как у покойников!

Холодный ужас охватил Алана. Чувство ответственности вновь дало о себе знать, и он метнулся к врачу.

— Что именно происходит? Как моя сестра? Она уже вышла из комы? — его голос дрожал от волнения.

— Возможно, это побочные эффекты нового метода лечения, — произнёс Вильан, скептически изогнув рыжую густую бровь. — Диана Раевская тоже должна была получить дозу нового лекарства, но вы пропали, поэтому мы ничего не вводили. Мы не имеем права менять лечение без письменного согласия пациентов или их родственников.

Ван Шэнь застыл, изучая врача с неожиданным интересом:

— Возможно, мне позволят осмотреть этих больных? — спросил жнец.

— Думаю, да, — уклончиво ответил Калин, его глаза нервно забегали из стороны в сторону. — Сначала нужно согласовать это с главврачом.

— Как вы могли допустить такую ситуацию? — с яростью воскликнул Алан, сжав кулаки до белизны. — Вы считаете, что родственники жертв катастрофы настолько наивны, чтобы давать согласие на столь сомнительное дело?

— Господин Раевский, вы не понимаете! Люди отчаялись вернуть своих близких к нормальной жизни.

Они потеряли всякую веру... — начал оправдываться Калин, но, встретив укоризненный взгляд Ван Шэня, тут же замер. Врач сглотнул комок в горле: — Некоторым из них предложили деньги за согласие на тестирование нового лекарства на их родственниках. — Его голос сорвался на крик, в котором явно ощущалась беспомощность. — Большинство врачей выступали против, и за это их временно отстранили от работы, а министерство прислало других.