Апельсиновый вереск. Дорога возврата

Молчи…”

Невольно Этери вспомнила Артура. Выдохнув и прошептав пару ругательств, она схватила походный мешок с вещами и помчалась в купальню. Этому надо положить конец. Она не хотела быть на него похожей и хотя бы это дьявольское недоразумение могла исправить.

Стоя перед зеркалом, она наносила краску на волосы, как вдруг увидела на своем плече странный символ.

— Что за…

На левой руке от ключицы и до середины локтя, ее кожу украшала черная вязь в виде тонких веточек и листьев. Также Этери разглядела несколько рунических надписей.

Еще вчера этого не было. Девушка попыталась оттереть символы, но после того, как ее кожа покраснела и начала гореть огнем, поняла, что все усилия бесполезны. Черная краска въелась в кожу слишком глубоко.

— Почему стоит мне появиться здесь, как ко мне цепляется какая-то гадость! — с досадой выплюнула Этери.

— Потому что ты притягиваешь к себе неприятности, — раздался веселый голос.

Калеб.

Этери повернулась. За ее спиной улыбаясь во весь рот стоял мальчишка.

Как и Элфи, он совсем не изменился. Милые растрепанные кудряшки, теплые глаза со смешинками. Не удержавшись, Этери потрепала его по волосам.

— Почему ты сразу не появился? — складывая руки на груди, поинтересовалась она.

— Ты будешь смеяться, — перекатываясь с пятки на носок, усмехнулся мальчик, — но я побаиваюсь твоего друга.

— Элфи?

— Альвы редко бывают дружелюбными. Даже удивительно, что он так хорошо к тебе относится.

— Просто ему от меня, как всегда, что-то нужно, — покачала головой Этери.

Калеб нахмурился.

— Ты не права. Я жил в замке твоего деда в окружении альвов. Они смотрели с презрением даже на тех людей, с которыми вели дела. Альвы обычно используют две эмоции. Любопытство, когда их интересует человек или услуга, которую он окажет, либо презрение. Они считают себя высшими существами, поэтому смотрят на людей свысока. А Элфи к тому же еще и король.

— И что? — хмуро спросила девушка.

— В этом и странность, — склонив голову на бок, Калеб внимательно посмотрел на нее, — он относится к тебе как к равной.

— Думаю, дело в пророчестве.

— Сомневаюсь. Помнишь, как он называл короля Артура? Мальчишкой, словно тот был нерадивым ребенком. Тебя же он зовет по имени.

— И что? — повторила Этери со смешком. — Мне теперь ему в ноги поклониться и благодарить сердечно?

— Ты невыносима, — закатил глаза Калеб.

— Лучше скажи, что это за дрянь?

Этери провела рукой по руническим символам. Мальчик подошел ближе.