Отражения

- Бедняжка, - покачала головой Клавдия. – Ты живешь за лесом, да? В Агеевке?

- Я живу в городе, - ответила, усаживаясь на белый деревянный стул. – В Агеевке мы с бабушкой отдыхаем. Она на месяц сняла для нас домик.

- Понятно, - Клавдия открыла холодильник и вынула из него блюдо с домашним пирогом. Запах гнили стал сильнее. – А родители у тебя есть?

- Есть, - кивнула я. – Папа и Лиля.

- Лиля – это мама?

- Нет. Мама умерла, когда мне было девять лет. Лиля – это вторая папина жена.

- Стало быть, она твоя мачеха?

- Ну да.

- Как же ты с ней живешь? Дружно?

- Я с ней не живу. Когда у Лили родился Даня, папа отправил меня к бабушке. Теперь я живу с ней.

- Печально.

Клавдия достала из шкафчика банку со сгущенным молоком и принялась обмазывать им пирог.

- Почему печально? - я пожала плечами. – У них своя семья. Мне с бабушкой лучше. Кстати, надо ей позвонить и сказать, что я здесь. Она, наверное, очень волнуется.

- Конечно, волнуется.

- Только у меня нет мобильника. Я не стала брать его с собой в лес.

- Не переживай. Ты поешь, и мы позвоним твоей бабушке с моего телефона.

Когда хозяйка дома отвернулась, чтобы убрать сгущенку, я вылила сок в стоявший рядом горшок с фиалкой.

- У вас красивый дом, - заметила я. – Нарядный, как пирожное. Только я почему-то не увидела в нем ни одного зеркала.

- Мне не нужны зеркала, я и так знаю, как выгляжу. - Клавдия усмехнулась и поставила передо мной блюдце с куском пирога. Я едва не задохнулась от ударившей в нос вони. – Угощайся, Сашенька.

Я улыбнулась, изо всех сил подавляя рвотный рефлекс, и попросила:

- Можно еще сока?

Она кивнула и отвернулась к холодильнику.

Ну, свет мой зеркальце, покажи, как на самом деле выглядит это жилище.

Я подняла стекло на уровень глаз и вздрогнула. Вместо лиловых стен в нем отразились темно-коричневые бревна с клоками паутины, вместо кухонного гарнитура – сваленные в кучу кособокие ящики, вместо белоснежного холодильника – ржавая морозильная камера с полуоторванной дверцей.

Стол, за которым я сидела, превратился в колченого облезлого уродца, покрытого засохшими пятнами краски. Среди этих пятен стояла грязная тарелка с куском пирога, расчерченного зеленоватыми линиями. Очевидно, перед тем, как подать его мне, пирог полили какой-то магической дрянью.

У меня внутри все похолодело. Вот тебе и кукольный домик.

Его хозяйка тоже выглядела иначе.