Сороковник. Книга 3

Тюремщик, тот, что сзади, осмелев на свету, недовольно бурчит, но маг на него шикает. И даже, когда мы спускаемся по очередной лестнице, поддерживает под локоть, правда, без особого почтения, так, для страховки. Видимо, надо доставить меня куда-то в целости и сохранности, вот он и старается. Обогнув какую-то башню, мы останавливаемся перед высокой дверью в ещё более высоком глухом ограждении. Дверь, хоть и обита по дереву железными пластинами, но украшена затейливым растительным узором, поочерёдно перебегающим с морёных досок на металл, и даже шляпки гвоздей пристроены в этом орнаменте в определённом порядке, вливаясь в общую картину.

Тарик звонит в колокольчик у двери. Дверь распахивается через минуту и, слегка пригнув голову, дабы не задеть низкую притолоку, к нам выходит… негр.

***

Когда он распрямляется, я понимаю, что по-настоящему высоких мужчин здесь ещё не встречала. Этот… приблизительно такого же роста, как наш Николай Валуев, и комплекции той же. Разглядеть и оценить его можно по достоинству, потому что всё, что на этом оливково-коричневом теле надето – белоснежные шаровары, подпоясанные широким алым кушаком и золотой ошейник, украшенный крупными рубинами.

– Кайс, вот та, о которой тебе говорили, – скучным голосом сообщает маг. – Вымыть. Переодеть. Накормить. Ни с кем не знакомить. Вечером проводить к хозяину. Но сперва возьми Саджах. Вы! – это уже тюремщикам. – Марш отсюда. И передайте начальнику караула, что заработали по десять плетей. Приду – проверю.

Негр молча перехватывает девушку с плеча тюремщика и исчезает с ней в дверном проёме.

– Господин Тарик, за что? – осмеливается вякнуть первый страж.

– За порчу хозяйского добра. За то, что слишком много на себя берёте. За то, что глазели и не остановили своего приятеля. Вернусь – лично следы от плетей пересчитаю. И если хоть щепотку дури в карманах найду – назначу ещё плетей.

Кладёт мне руку на плечо, подталкивает к двери.

– Проходи, что стала?

– Э-э… господин Тарик… – Стражи мнутся.

– Ну, что ещё?

– А как же… А надо её лично Кайсу вручить, а ведь вам за женскую половину нельзя, а нас вы отсылаете…

– Я дождусь Кайса здесь, на пороге. Вы её привели? Вы своё дело сделали? Проваливайте. Или вы думаете, что она убежит от меня, мага,?

Его жёсткая ладонь с такой силой придаёт мне ускорение, что я кубарем лечу через порог и врезаюсь в кого-то. Сзади, как крышка гроба, захлопывается дверь.

Я поспешно отлипаю от рельефного торса.