Дочь артефактора

Итак, сколько уже дней недосыпал.

Собирался Чернов насладиться полётом сполна, давно уже не катался на пегасах. И полюбоваться было чем в богатом на флору и фауну магическом мире.

И всё же в полёте его разморило очень скоро, уснул, незаметно для себя. Хорошо, что был пристёгнут, да и пегас — не просто конь, а умное, почти разумное создание. Маршрут пегас прекрасно понял, сам снизился и приземлился у первого намеченного пункта под вечер возле смешанной деревни, где и маги живут, и оборотни.

Здесь же княжеский тракт проходит с севера на юго-запад.

Чернов спрыгнул с козлов, разом проснувшись. В закатных сумерках огляделся с удовольствием, подошёл к пегасу, поблагодарил за поездку, погладив умную морду.

Встречать его выбежал сам кабатчик с сыновьями из придорожной таверны. Заявил, что сам распряжёт пегаса и задаст ему корм, а для альфы Арсена уже и комнату приготовили, и ужин ждёт, и ванну наполнили горячей водой с ароматными маслами.

Нетрудно догадаться, что старого лиса предупредили о его остановке в этой деревне.

Чернов лишь кивнул благодарно, оставив пегаса на попечение хозяев.

Ужин ему приготовили сытный, мясной, да ещё девчонку прислали в комнату помочь с омовением. Та мило краснела, стреляя лукавым взглядом, и предлагая куда больше, чем говорилось вслух.

Арсен вручил ей золотую монету и отправил восвояси, отказавшись от помощи. Кабатчика он понимал, выслужиться решил хитрый лис, девочку прислал очень аппетитную, может, и родню свою, тоже лисичка.

И раньше бы Чернов согласился на её услуги скорее всего, скинул напряжение последних дней, забылся бы в объятиях девицы пусть ненадолго.

Но не было даже малейшего желания плотских утех с кем-то другим, как встретил на свою погибель маленькую неправильную ведьму. Умеют веды так приворожить, что ни есть, ни спать, ни на других смотреть. И пусть, как веда, Саня ничего не умеет пока, и сводить с ума мужчин не научилась, но видно, это что-то у них в крови, само проявляется.

Иначе отчего он ощущает себя так, словно встретил свою истинную? И зарекался ведь не иметь дело с ведьмами, не зря сторонился их чар.

И думал ещё, что дальняя дорога, время порознь вдали от неё — хоть немного излечат от сводящих с ума чувств. Или вовсе снимут с него неощутимую но крепкую привязку. Однако, ничего у него не вышло, и желание к девочке Аксане не угасло, а как будто ещё больше возросло.