Дочь артефактора

А ещё узнать от остроухого, что он знает и помнит о прорывах. И вообще, из какого мира он явился в такой колоритной компании. И выведать это все следует без свидетелей, мало ли что вскроется. Отдавать мальца на растерзание братьям оборотням или дознавателям не входило в планы Арсена. Повоевали и будет, а с детьми воевать — последнее дело, какой бы расы не был ребёнок.

Глава 5

Домой Арсен отправился лишь через три дня — пока заканчивали дело с поисками, пока договоры перемирия между кланами составляли. Хорошо ещё, что пока прочёсывали леса и поля под куполом, много живности настреляли, и всё, что не рассчитывали съесть за пару дней, отдавали волкам.

Большая часть мужиков из кланов барсов и медведей остались помогать с постройкой домов для волков. Лисы тоже поучаствовали — за неполные сутки возвели ограду чуть выше четырёх метров вокруг новой территории стаи волков на свои средства и своими силами. Ограда получилась знатная, красивая и прочная, с острыми кольями по верхнему краю, с монументальными воротами на магических кристаллах.

Дома вырастали на новой территории, как грибы, тут уже маги постарались из медведей — возводили тёплые стены своим хитрым способом, волков учили с усмешкой, не таили своих умений.

Про альфу Арсена тоже не забыли. Не только барсы, но и другие оборотни поднесли ему свои дары. Медведи где-то раздобыли настоящего пегаса, вороного двухлетку, обученного и спокойного. Лисы, поглядев на это чудо, пригнали для Чернова отличную крытую повозку для пегаса — и с полозьями, чтобы на снег или лёд садиться зимой, и с колёсами — для летних приземлений. А внутри комфорт — восемь мест для пассажиров, да ещё багажный отсек, куда легко поместился свёрнутый шатёр и другие подарки.

Арсен принимал подношения с благодарностью — оставлять тот же шатёр отчаянно не хотелось, да и пегаса давно хотел приобрести. С его частыми разъездами по магическому миру — незаменимый транспорт.

Насчёт сироты никто не удивился желанию Чернова забрать мальчишку. А то, что порталом его отправил домой, вызвало скрытое осуждение таким расточительством. Цену таким порталам знали многие, а позволить себе могли единицы.