Там, где всегда идёт дождь

Бьется.

Ровно, не быстро и не медленно.

А руки были горячие. Всё в нем... Источало доброту и заботу.

Чудо.

— Я... слышу. Я чувствую...

— Загадай же. Ты давно этого заслуживаешь, — убирает ладонь от сердца и отпускает руку, продолжая всё равно греть улыбкой.

Он отводит взгляд, затем снова пытается разглядеть лицо. Желание? У него есть лишь одно желание.

— Прошу... прошу в-вас, верните мой ключ. Я хочу снова обрести покой в своём поле.

Чувствует, словно в сказке меняется время года. С зимы на тёплую, южную весну.

— Я исполню твоё желание, Небо, — тихий шепот, еле слышный, дружеский смешок. — А ты пока что не утони во тьме, — хлопает его по плечу.

Огни морфия, растекаясь по окнам, мерцают, как призраки. Тогда кажется, что ты истекаешь кровью и все связи потеряны.⁷

Окна хижин на Улице, куда не пробирается и луч света, озарились мерцающим, приятным и блестящим, разноцветным светом, пересчитывающим цвета радуги.

— Тик-так, милый мой фавн, не потеряй себя, я скоро вернусь. Вместе с твоим желанием.

И тогда, в этом разноцветном свете, гуляющем по вечно тёмной, до сего момента, улице, можно было разглядеть, кто же стал его спасительным лучиком, спасительным кругом для него — для Неба.

Высокий, среднего телосложения молодой мужчина или взрослый юноша. Здоровая, приятная на цвет кожа. На лице, под правым глазом, красуется розовая яркая татуировка в виде трёх кружков размером с ноготь большого пальца, а под левым — три полоски такого же розового цвета, как и на носу, словно порезы. Неопрятный на вид некто, что его не особо портило, одет был в свитер, который был также, как и волосы, сине-розоватым: будто сшит из маленьких кусочков различной ткани разных оттенков и от разных вещей.

Когда он заглянул в опустошенные глаза шокированного Неба, он понял, что глаза его были подстать ему столь же необычные — такие какие бывают лишь у тех, кто связан с магией напрямую или был ею создан. Так вот глаза — бледно-розовые, а радужка — голубая. А в самих них отражалась Вселенная. Нет, это была не столь Вселенная, сколь.

Лишь только звёзды, что сияют во тьме, смогут понять тебя и подарить ту самую искру. Сквозь мили лунного света я зову тебя обратно. Разве ты не чувствуешь искренность этого бьющегося сердца?.⁸

— Жди, хорошо? Жди, — снова тёплый смех, а после — пустота.

Он растворился. Просто и быстро: словно приведение, словно ничего не было. И повисла тьма и тишь. Никто, никто не умеет исчезать так просто в этой стране сказочек.

Только несуществующее.