Тот, кто меня укусил

Это приказ принца.

— Тебя волнует его приказ или собственная безопасность? Ты просто не понимаешь, насколько повысились ставки, Виктория. А теперь раздевайся.

Началось.

Я бы ещё поговорила и ухватилась за его намеки. Это он думает, что я не понимаю, но я знаю гораздо больше, возможно даже больше, чем он!

— Как я могу кому-то перейти дорогу? Я всего лишь человек. Я значу не больше ваших “угощений” для Вечных.

— О, нет, девочка, ты гораздо, гораздо ценнее для королевской семьи, чем думаешь. А теперь хватит разговоров.

— До меня никто не дотрагивался! — рявкнула я, собираясь сопротивляться до последнего. — Моего слова недостаточно?

— Нет. Я должен убедиться лично. Ты — либо мой подарок королеве, либо проклятие для нее же.

Я это знала. Знала много лет. Виктор никогда не праздновал мое день рождения, но с размахом отмечал год признания меня живородящей. Это собственно и стало моим днем рождения.

Он сам снял с меня куртку и потянулся к ремню на брюках, когда я его остановила.

— Я сама.

В очередной раз подумала, что было бы классно путешествовать и свалить подальше от Виктора. Когда-нибудь я получу свободу от королевской семьи и смогу свалить отсюда подальше. Ведь чьей-то избранной второй раз мне уже не стать.

Не задумываясь, сняла с себя борцовку, спортивный топ, который носила вместо лифчика, и стянула брюки.

Осталось пережить тщательный осмотр и принюхивание Виктора, который залезал своим носом везде, не оставляя мне даже сантиметра для скромности.

— Что.

Я задрожала под его ледяным взглядом, не пропускающим ни миллиметра моего обнаженного тела. Виктор отпрыгнул от меня как можно дальше и зашипел, явно защищаясь от нападения. Но никто из нас не знал, что делать дальше.

Мне хотелось провалиться сквозь землю. Ничего унизительнее со мной еще не происходило.

— Оденься, — этот приказ прозвучал уже мне.

Александр так и оставался недвижим у порога лаборатории, но Виктор не приближался, и это было странно.

И все же положение, пусть даже шаткое, обязывало Виктора подчиняться. Представляю, как это его злило!

Поспешно натягивая на себя штаны и куртку, я вдруг поняла, что верить никому нельзя. Даже Виктор имел право занять престол.