Проклятие Принца

Проклятие Принца

Ася Медовая

Пролог

— Рессар, я не вмешивался, пока было возможным. Но ты подаёшь принцу дурной пример! Что это за споры на большее количество фавориток в сезоне? Что за пари, кто быстрее соблазнит первую дочь посла Фейри? Прекратите этот разврат в стенах моего Дворца не-мед-лен-но!

— Дядя Лукас, вы лучше всех осведомлены, что именно ваш сын, наследный принц, провоцирует меня на подобные деяния. Чтоб я подавал пример? Да никогда! Клянусь покровителем Гоблинов!

Рессар Видьер полулежал на диване, обитом атласом и не скрывал своего несерьезного отношения к разговору.

— Изворотливый наглый мальчишка, — проворчал Лукас, действующий Король земли Чародеев. – Ты же знаешь о моих планах в отношении Миркота?

— О них знаю не только я, дорогой дядя Лукас. Или вы думаете, что мой друг, наследный принц, просто так зарабатывает себе репутацию развратника и сластолюбца?

— Вы оба несносные волокиты! – фыркнул Король. – Оттого, дорогой воспитанник, если ты еще жаждешь отсрочить возвращение в родное Королевство, изволь повиноваться моему Указу.

Рессар скривился, чувствуя как топор инквизитора навис над его шеей:

— Указ?

— Именно. Собственными устами зачитаю тебе его и запрещу выносить наш разговор за стены этой залы!

Рессар тяжело вздохнул и покорно склонил голову, заранее зная, что отвертеться от исполнения Указа не посмеет.

— Итак, указ: наследному принцу земель Гоблинов, мастеру Рессару, воспитаннику Дворца Чародеев и крестнику Короля Чародеев, повелеваю — принять в качестве фаворитки одну-единственную леди, держать её при себе в своем доме не менее трёх лет.

Король Лукас закончил, повернулся к Рессару и поинтересовался:

— Ну как?

— Зачем?

Рессар терпеть не мог женщин в своем доме. Категорически! Даже слуги – все были исключительно мужского пола.

— Затем, мальчик, что сыну моему, повесе, надобно дать другой урок – верности, почтения и любви.

Рессар скривился:

— Любви, дядя, не обещаю. Какая любовь к фаворитке? Терпения бы хватило на три года.

— Хорошо-хорошо, пусть то будет уроком почтения и терпения, — легко согласился Король Лукас.

— Внесите это уточнение в Указ, — не преминул воспользоваться этим Рессар.

— Непременно, мой дорогой воспитанник. А теперь я тебя отпускаю. И срок даю в три дня.