Тот, кто меня укусил

Еще недавно он валял дурака, прикидываясь, что ничего не знал о мире вампиров, а теперь делился со мной той информацией, которую не знала даже я!

Но какого черта?.. Он придуривался, или в такие короткие сроки узнал так много о Вечных?

— И как это помогло королеве Анне?

— На момент распределения власти она была гораздо сильнее своих конкурентов. Это очевидно, — пожал плечами Костя. — А теперь она одна. Уже пятнадцать лет никто не подпитывает ее силой. Она слабеет, но не может выбрать нового избранного.

— У них такое же привыкание к крови, как у нас?

— И да, и нет. Они точно не умрут, если укусят другого человека, но силу от этого не получат. Более того, чужая кровь быстрее нейтрализует ту, что еще придает Вечному энергию.

Я уставилась в кружку, пытаясь свести концы с концами.

— Королева не рискует никого искать, чтобы у нее остались силы защитить свое место на троне.

— Свое или своего сына. С чего бы он так торопился вернуться? Скорее всего мать призвала его, чтобы связать с тобой, живородящей.

Я прищурилась и посмотрела на Костю.

— Скажи-ка мне, где хранятся секретные файлы, которые ты проштудировал за последние пару дней? Еще недавно ты выпучивал на меня глаза, как будто впервые слышишь о вампирах и их тайнах.

Костя беззаботно засмеялся, резко протянул руку и дал мне безболезненный, но крайне неприятный щелчок по носу.

— Ты очень наивна для приближенной, Вика. Тебя так легко развести. Я просто не мог не воспользоваться.

Он смеялся, а я дулась, допивая сладкий чай.

— Если я правильно поняла, то с моей помощью королева укрепит сына и только потом начнет подбирать себе нового избранного?

Костя пожал плечами.

— Это логично. Только есть проблема. Александру понадобится столетье, чтобы связь с тобой упрочнилась. А королева за сто лет станет бесполезной. Просто обычным вампиром, потерявшим свое могущество. Слишком большой разрыв, чтобы делать на это ставку.

Мы помолчали, пока я не закинула следующую идею.

— Хорошо. Но если у принца будет живородящая, это уже будет преимуществом.

— Однозначно, — согласился Костя.