Монстры под лестницей

Ворон перепрыгнул на другую плиту, пару раз чиркнул клювом по камню. Но стоило мне подойти ближе, вновь перелетел. Я следовал за птицей, пока в какой-то момент, она просто не взлетела вверх и не скрылась из вида. А я остался стоять посреди могил, окончательно потеряв ориентир.

— Окей, — капитулировал Бравый Макс. — Это поражение.

— Нет, чудак, — ответил Макс Всезнайка, — Это ведь не плановая застройка. В этом городе все лежат в одну сторону.

И я пошел. Просто шел прямо, и когда увидел черные ворота, то нисколько не удивился.

Я вышел на тропинку и пошагал через парк. Графа и его человека я в тот день больше не встретил. Зато встретил Марго, которая была столь любезна, что подвезла до дома, а по пути угостила обедом шахтера.

— Угощайся, — Марго откинула салфетку, и на меня пахнул аромат пирожков. — Обед шахтера[2].

— Знаете, — уплетая божественной вкусноты угощение, сказал я. — Я хотел стать фотографом, но с такими аргументами я пересмотрю свои взгляды.

— Даже не знаю, что тебе сказать Макс.

Шахтерские пирожки можно есть и без работы в шахте.

— Тут я совершенно с вами согласен!

Я раздумывал уместно ли взять еще один, но Марго сама предложила добавку.

— А вы знали моего деда? — без особых надежд спросил я.

— Сомневаюсь, что его кто-то знал, — засмеялась женщина. — Я всего лишь работала на твоего деда. Кстати, мой контракт бессрочный. Так что, если вы покинете дом, я вновь буду за ним присматривать.

— До конца жизни?

— Выходит что так.

— То есть вы ни разу не видели моего деда, — на всякий случай уточнил я.

— Я видела чеки от него, и этого вполне достаточно.

— Чеки, — протянул я, вспоминая фильмы про сыщиков. — А они вам почтой приходят?

Марго кивнула:

— Хочешь, чтобы я сказала тебе адрес отправителя?

— Вы чертовски умны для женщины с такими прекрасными кулинарными данными!

Марго рассмеялась.

— Хорошо, я гляну. Но думаю адрес тот же, что и у нотариуса в вашем завещании.

— Хм.

Я почесал макушку. Лезвие Оккамы[3] перерезала пуповину только зарождающейся истинно шерлоковской истории.

Но еще один кусочек как влитой встал в душевную прореху. Сытость и блаженство совершили переворот, полностью подчинив разум.

Я абсолютно уверен, что людей, которые держат при себе свежую выпечку, следуют причислять к волшебникам. Ведь нет большего счастья, чем спрятать в родное брюхо ароматный сочный пирожок, А лучше два или три.

Веки отяжелели, висок уперся в прохладу стекла.