Хрустальная ложь

У самого берега, где волны лениво набегают и лижут солёный песок, где там и сям лежат розовые, белые и сероватые ракушки, море прозрачно-зелёное, похожее на расплавленное стекло. И сразу не понимаешь, что завораживает больше: медленно набегающая вода или ракушки, дрожащие, будто живые, отражающие блёстками средиземноморское солнце.

Николь открыла глаза и улыбнулась. Солнце искрилось на поверхности далёкой воды, волшебно меняя цвета. Синие, голубые, зеленоватые, чёрные – всех оттенков, и так до самого горизонта, где море граничит с небом, таким же спокойным, но не таким осязаемым.

– Николь, уснула что ли? Не тупи, – голос Стива вывел из оцепенения.

– Я не туплю, а экономно расходую потенциал, – девушка глянула на собеседника, задорно улыбнулась и снова перевела взгляд на панораму за окном.

– Наша конечная цель – крепость Уронарти на острове посреди вод реки Нил. Уронарти – это нубийское слово, означающее «Остров Короля». Он находится к югу от второй катаракты на севере Судана, – Стив повернул к девушке экран ноутбука и указал место на карте.

Николь с интересом всмотрелась в изображение, снятое со спутника, а затем сравнила его с бумажной картой, подсунутой Стивом.

– Эта крепость – одна из многих, построенных вдоль Нила в Нижней Нубии во времена Среднего царства примерно четыре с половиной тысячи лет тому назад. Её остатки всё ещё стоят на северной оконечности острова. Крепость Уронарти имеет размеры примерно 120 на 60 метров. Она треугольной формы.

– Да, слышала про цепочку крепостей на реке Нил, – Николь задумчиво взглянула на Стива. – Значит, ты считаешь, что искать артефакт, указанный в манускриптах, предоставленных архиепископом Антонио, стоит в развалинах крепости Уронарти? А может быть ты смог найти ещё информацию, более точную? – теперь взгляд синих глаз напоминал лазерный сканер.

Стив дурашливо поморщился, прикрыл глаза, взлохматил огромной ладонью шевелюру, затем вскочил с кресла и выпрямился во весь свой немаленький рост.

Николь терпеливо ждала, когда у профессора закончится внутренняя борьба между совестью и алчностью. Она хорошо знала Стива Купера и не один год.