Книга первая. "Рождение".

– Сейчас не время мозг туманить, у нас еще много дел.

Так вот про какую альтернативу алкоголю он говорил, видимо, от этого напитка будет «приход», если бахнуть в нужном объеме. Надеюсь, что с непривычки меня не сильно накроет.

Вернул фляжку, поблагодарил Никиту и снова посмотрел на тело бандита. Зачем? А фиг его знает. Лицо, точнее, то, что от него осталось, было все в крови. Но даже через кровавую маску были видны разрывы, царапины и укусы, один глаз отсутствовал, а горло разодрано в клочья. На теле также много кровавых отметин.

Было видно, что на этого человека налетел ураган из когтей и клыков. Мы обошли все тела, и они выглядели плюс минус так же, как и первое нами увиденное. Вокруг каждого из мертвых бандитов было изрядное количество тел птиц и зверей.

Несмотря на неожиданность нападения с нашей стороны, бандосам хватило воли собраться и попытаться отбиться от необычных противников.

Может, это не воля, а инстинкт самосохранения? Шансов у них, конечно, не было, но количество мертвых птиц и зверей говорило о том, что никто из людей не побежал, а все, или почти все, стали отбиваться.

Кроме, возможно, одного. Не просто так же он выжил и умудрился попасть в плен.

В общем, это было удручающее зрелище, точнее, шокирующее, и все равно эти слова не передают мои ощущения, когда я первый раз посмотрел на эту бойню. Сейчас все виделось уже детально. Почти четверть поляны была покрыта перьями, клоками шерсти, кусками тел и тушками животных. Трава, которая так мешала нам убегать, сейчас не была видна под этим кровавым ковром.

Среди «наших» оставались еще подранки, которые уже отправились за помощью к моей жене или в лес зализывать раны самостоятельно. Особыми кровавыми кучками выделялись тела бандитов, которых я насчитал двенадцать. Блин, глядя на такое, и веганом можно стать, чур меня, чур.

И еще, несмотря на легкий ветерок, который должен был приносить запахи цветов, нагретых сосен и кучу всяких ароматов дикой природы, вокруг нас стоял запах смерти. Никак по-другому я не могу его назвать.

Тяжелый, почти осязаемый смрад от разлившейся крови и разорванных кишок. Я подумал, что хорошо бы ветер не сменился и вся волна этого зловония не дошла бы до места, где сидит сейчас Оля.

А где... – начал спрашивать я, но Никита прервал мой вопрос, сразу поняв, о чем я.

Там, на другом краю поляны, – сказал и одновременно указал рукой направление. – Его сейчас охраняют, пойдем прямо сейчас поговорим, а то как бы он от страха не скончался раньше времени.