Ямада будет спорить

Я сплю без сновидений, погружаясь в тишину и покой. Утром меня будит солнечный свет, пробивающийся сквозь шторы. Чувствую себя вполне отдохнувшей и решаю, что лучший способ начать день — это позавтракать в лапшичной «Ракун».

— Элементы сладкой жизни, — произношу я, — но иногда надо позволить себе расслабиться.

Ага, как говорится, при моих доходах жить на всю катушку я могу долго: где-то до семнадцати ноль-ноль.

Футболка, джинсы, рюкзак. Дорога до «Ракун» занимает совсем немного, и я наслаждаюсь утренней прохладой. В это время город начинает просыпаться, и улицы наполняются людьми, спешащими на работу.

Но я могу позволить себе немного замедлиться и насладиться моментом.

Войдя в лапшичную, я ощущаю знакомый аромат специй. О, ещё и выпечка? Кажется, жизнь налаживается.

Занимаю столик в уголке, чтобы насладиться блинчиками и крепким кофе. Временами кажется, что какой-то ёкай подарил хозяину Окаве рецепт, по которому он его заваривает, однако мне нравится. Пахнет так, что можно сойти с ума. И это мне нравится.

Никакой лишней кислоты, что бывает при определенных сортах.

Я пролистываю вакансии в телефоне, поднимаю взгляд, и именно в этот момент в лапшичную входит три человека. Стоимость их костюмов можно оценить, как «стремится в бесконечность». Глаза скрыты черными очками. Выражения лиц, будто все должны им денег. Причем столько, что не хватит рассчитаться за всю жизнь.

Ох, не нравится мне это.

Глава 2

Они уверенно проходят к стойке, и один из них жестом дает понять хозяину Окаве подойти.

Я замечаю, как по его лицу пробегает тень беспокойства, но он быстро сгоняет её, сверкая профессиональной улыбкой. Они о чем-то говорят. Очень тихо. Так что я не могу расслышать ни слова, но выражение лиц этих людей становится всё более хмурым. А ещё каким-то снисходительным.

— Окава-сан, — говорит один из них громче, чем до этого, снимая очки и пристально глядя на хозяина. Его голос низкий и холодный, словно ледяной ветер. — Мы уже говорили вам о наших условиях.

Тот отвечает что-то, но я не могу разобрать слов.

Выражение лица хозяина становится иным, из глаз уходит тепло. Я вижу, как он сжимает кулаки, стараясь сохранить спокойствие.

— Мы дадим вам ещё немного времени, — продолжает другой, кидая взгляд на посетителей. — Но не думайте, что у вас его много.

Они переглядываются между собой, а затем выходят из лапшичной, оставляя за собой напряжённую тишину. Хозяин Окава стоит неподвижно, глядя им вслед. Я чувствую, как в груди нарастает тревога.