Дарья и Дэм

Пока я медлила, он стремительно избавился от толстовки и футболки, демонстрируя великолепный торс. Только мне было не до любований. Едва легла, как мужик навалился сверху, не дав мне ни секунды на размышление.Уткнулся мне в шею, шумно вдыхая, как какой-то зверь. Его руки ощупывали меня так жадно и бесцеремонно, что я мысленно попрощалась с любимым лифчиком, который просто отшвырнули в виде рваной тряпочки. С трусиками расправились ещё быстрее.

— Подожди! — всполошилась я, когда он коленом раздвинул мои ноги, пристраиваясь вплотную.

— Не могу! — выдохнул он сквозь зубы с каким-то отчаянием и тоской.

И я вдруг прониклась к нему сочувствием, хотя впору было проклинать.

Как-то равнодушно отнеслась к резкому проникновению и логичной боли. Поняла, что терпимо, но зажмурилась, не в силах смотреть в его тёмные глаза.

Ну что сказать, мой первый секс получился бурным и не слишком приятным. Надолго мужчину не хватило, минут десять, и он с рыком излился, задрожав всем телом. В процессе он вёл себя довольно сдержанно, как неопытной мне показалось.

Отдышавшись, он приподнялся, выходя из меня и снова прижал своим телом, но не сильно, на локоть опирался. Осторожно убрал волосы с моего лица.

— Красивая, — произнёс с какой-то горечью. — Жаль, что времени у нас было совсем мало. Но теперь всё нормально, успели. Спасибо тебе, Дарья!

— Слезь уже! — потребовала зло — ещё и благодарит, вежливый мерзавец! — Что дальше? Убьёшь, потому что так надо?

— Хоть не ревёшь, — улыбнулся он вдруг весьма обаятельно.

Уставилась на него в изумлении. Бояться его после бурного секса как-то не получалось. Или просто стало всё безразлично, не знаю.

Он всё-таки слез с меня, легко поднялся, тренированный гад, подтянул и застегнул штаны, которые так и не снял. Надел футболку, рассматривая меня с ленивой улыбкой.

— Одевайся уже, — попросил мирно. — Извини за бельё, но я предупреждал.

Одеваться не хотелось, как и двигаться. Между ног саднило. Испачкаю ведь любимые штаны в крови и сперме этого гада. И плед надо застирать.

— Мне надо умыться, — пробормотала я, с неохотой поднимаясь и борясь с желанием закутаться в этот плед.

— Не нужно, — он отобрал у меня полотенце, которое подхватила. — Я намочу, оботрёшься.

И он просто спрыгнул с обрыва. Вернулся быстро, по моей тропке, протянул мне, застывшей с открытым ртом, мокрое полотенце.