Сказки старых переулков

В нише окна первого этажа отеля читал газету молодой человек. На столике перед ним сменилась уже третья чашка кофе – «с молоком, два кусочка сахара, не слишком крепкий» – и по нетерпеливым взглядам, которые он бросал на улицу, было понятно, что ожидание кого-то важного слишком затянулось. Часы над стойкой бара мягким переливом отбили четверть шестого, когда, наконец, вместе с порывом дождливого ветра с улицы, в отель вошёл седовласый мужчина.

Посетитель стряхнул капли воды с элегантного зонта-трости и, передав его вместе с пальто, шерстяной клетчатой кепкой и перчатками услужливому бою, направился прямо к парню с газетой.

– Мои глубочайшие извинения, что заставил ждать.

– Не страшно. Видимо, были причины.

– Да. Попался любопытный экземпляр призрака, в старом доходном доме на Третьей авеню.

Молодой человек оценивающе окинул взглядом собеседника, словно пытаясь понять, шутит ли тот, или говорит серьёзно.

– На Третьей?

– Да. Тот, что через месяц собираются сносить.

– И… где же вы нашли там призрака?

– Не поверите, – мужчина пригладил густую серебристую шевелюру и поднял руку, подзывая официанта.

– Бедняга прятался за старыми книжными полками. Прямо между собранием сочинений Фолкнера и томиком Ирвинга. Будьте любезны, мятный чай.

– Будет что показать на следующем собрании вашего общества, – последние слова, как ни старался, парень произнёс с лёгкой иронией. Однако, к его удивлению, собеседник кивнул с самым серьёзным выражением лица.

– Да, хотя и не бог весть, какая редкость, но книжные призраки, понимаете ли… – он пошевелил пальцами в воздухе, словно пытаясь ухватить что-то.

– Помнится, как-то Х. притащил добытого в России, в Петербурге. Вы не представляете, что это был за образчик! Он за полчаса сумел довести до глубочайшего уныния присутствовавших, в лицах представляя сцены из Достоевского.

– Простите, – молодой человек разгладил лежащую перед ним газету. – Простите, но я не верю во всё это.

– Во что?

– В призраков. Привидений, духов, фантомов. В обитателей кладбищ, старинных усадеб и заброшенных домов.

В неприкаянные, покинутые души, и скитальцев между этим и потусторонним мирами.

– С душами вы погорячились, – усмехнулся седовласый. – Хотя, конечно, обычное заблуждение, что уж там… Позвольте заметить, что вы не совсем верно представляете себе суть этого явления.

– Я, признаться, вообще не представляю вас скачущим с сачком по антресолям дома, который вот-вот пойдёт под снос.

– Понимаю. Ирония не слишком уместна, но извинительна.