Сказки старых переулков

Разве что отличаются некоторые привычки, цены, да качество товаров, но это к вашей атмосфере не имеет ровным счётом никакого отношения. И продолжая рассуждать в том же духе, что, дескать, каждое место особенное, и что-то эдакое можно почувствовать, находясь только там и нигде более, мы с вами рискуем забраться в дебри, куда путь заказан всем, кроме душевнобольных.

– А вот Матьяш с вами не согласен…

– Так он как раз душевнобольной.

Молодой человек отрицательно завертел головой.

– Может быть, сейчас его и в самом деле принимают за помешанного, но ведь он начал рисовать своего genius loci ещё в то время, когда все с не меньшей уверенностью считали его вполне здравомыслящим и весьма перспективным художником.

– А теперь он шастает по Стари Баричу и малюет мелком на стенах своего чудика. Я вот, к примеру, даже не могу уразуметь, что это такое – то ли медведь, то ли заяц, то ли вообще просто белое пятно. Он уверяет, что этот дух-хранитель заботится о всех, кто сердцем и душою предан его месту. Вам не кажется, что такой genius loci очень напоминает страховую компанию?

Молодой человек печально улыбнулся:

– Вижу, здесь мы с вами не сойдёмся.

Сменим тему? Вы собираетесь завтра на открытие моста?

– Конечно. Репортаж на первую полосу, а если техника и погода не подведут Марко – ещё и с прекрасными фотографиями…

* * *

Мост Святого Стефана был настоящим чудом – как тогда считали – инженерной мысли, и не удивительно, что местом для его строительства выбрали именно Стари Барич. Вантовая конструкция перекинулась с одного берега Бистрицы на другой, перекрыв почти три сотни метров её ширины единым пролётом.

По мосту одновременно могли проехать в ряд четыре автомобиля, к тому же по краям были проложены рельсы под самый современный – как опять же тогда считали – вид общественного транспорта: электрический трамвай.

Открытие пришлось на начало мая, и Бистрицу покрывал плотный ковёр из лепестков сливы, словно сама природа позаботилась о том, чтобы украсить реку к торжественному дню. Люди начали собираться у моста ещё с раннего утра, а ближе к десяти часам – времени, на которое была назначена церемония – обе набережные уже заполнила шумная толпа.

Двум собеседникам, накануне засидевшимся в ресторанчике на Стари Бариче, пришлось изрядно потолкаться, пробираясь ближе к помосту с трибуной, возведённому для почётных гостей.

По дороге журналист указал своему приятелю на одну из стен узенького переулочка, который уходил от реки к круче крепостного холма.