Сказки старых переулков

Мальчишки – только мальчишки, и никогда девчонки – входили в ворота его просторного двора на углу Стрелецкой, на самом склоне холма, откуда открывался вид на домики и сады далеко окрест; входили на восемь лет, и все восемь лет никто не ведал, что происходило с ними за этими воротами. А когда наступал срок, из ворот выходили молодые люди. Крепкие, прямые, чем-то напоминающие своего учителя, с такой же задумчивой складкой на лбу, суровым взглядом из-под бровей и то ли презрительной, то ли скучающей манерой в речи.

Босоногий – хотя теперь он носил добротные, хоть и небогатые, сапоги с острыми носами и стальными пряжками – вышел из этих ворот в канун своего двадцатилетия. Так, во всяком случае, сказал учитель, и столько можно было дать тому, кто был когда-то рыночным мальчишкой. Он тоже поклонился воротам и Мэтру Янушу, и впервые за долгое время тот изменил своей молчаливой манере провожать учеников:

– Не сотвори зла.

Сказал – и закрыл ворота.

Молодой чародей поселился на крутом спуске к набережной, в верховье Мокрой слободы.

И с тех пор у горожан не было покоя.

На рынке постоянно случались самые разные происшествия. То совершат набег бродячие собаки, так что мясники окажутся покусанными, а половина товара перепорченной. То заведётся непонятный жучок, и никто не хочет брать погрызенные им, похожие на губку, фрукты и овощи. То загорятся склады, то упадёт в колодец директор рынка – похожий на шар господин, вечно приказывавший дворникам и сторожам гонять беспризорных мальчишек от прилавков.

Босоногий посмеивался, сидя в скрипучем кресле-качалке на маленькой веранде своего дома, откуда было видно реку. Иногда он раскладывал засаленную колоду карт со странными рисунками и символами, вглядывался в них, довольно усмехался и уходил из дому. Снова на рынке что-нибудь случалось, снова недовольно ворчали кумушки что, мол, дело тут нечисто, и снова над верандой вился синеватый дымок глиняной трубки и переплетался с дымком тонкий холодный смех.

Говорят, что после смерти колдуну, творившему зло, не будет покоя. Либо нечистый, с кем заключил он сделку ради могущества, утащит его в самое пекло – либо спалит вместе с домом и учениками озверелая толпа, так что тень колдуна будет скитаться и маяться. Зло как шило, в мешке не утаишь.