Сказки старых переулков

Стефану вдруг почудился аромат сладкого, только что выпеченного коржика, смешавшийся с запахом цветущих лип и горячего кофе, цветов и зелени; почудились тени и пятна солнечного света, причудливо скользящие по мостовой далёкой Майеровой улочки; почудилась маленькая светловолосая девочка, которую он, может быть, даже видел тогда, прежде.

Парень наклонился вперёд и потянулся губами к чуть приоткрытым, выжидающим губам девушки. И то ли искорки смеха, то ли отблески летних звёзд качнулись ему навстречу.

История двадцать третья. «Лежачий камень»

Его прапрадед – длинный, приземистый холм, похожий очертаниями на огромного спящего медведя – хорошо помнил, как пришли первые люди. Сначала они возились на пустошах, там, где неширокий ручей петлял и терялся среди топких болотистых берегов, поросших камышом и осокой. Собирая по крупицам из воды драгоценное олово, поколение за поколением люди поднимались всё выше, и выше, и выше, пока, наконец, не добрались до скалистого уступа, нависавшего над тёмной чистой водой.

И тогда люди принялись за холм. Упорством они не уступали камню, и снова поколение сменяло поколение, а исток ручья превращался в пещеру. Всё глубже, и глубже, и глубже, в изначальную тьму недр уходили коренастые и косматые, пахнущие маленьким огнём, существа. Не тем, большим и могучим пламенем, что дало жизнь камням и до сих пор ворочается в самом сердце матери-земли, и не тем, что иногда срывается с небес и с жадностью пожирает деревья.

Кто-то из них, коренастых и косматых, вырубил однажды в граните его прадеда. Это был не самый большой из менгиров, что там и сям поднимались над окрестными болотами, но всё же в нём было добрых три человеческих роста, и два взрослых мужчины едва могли обхватить его, взявшись за руки. Самая широкая из четырёх грубо отёсанных граней была развёрнута так, чтобы каждое утро приветствовать восходящее солнце.

Его дед хорошо помнил тот день, когда был расколот менгир. Другие люди, высокие и светловолосые, чьи тела покрывали причудливые узоры из синей вайды, пришли однажды из края, где рождается солнце – и так началась война.