Случайности

Будто кто-то удирал от кого-то...

Анна поёжилась и ускорила шаг. А толку — улица-то не проходная, если убегать от неведомой опасности, то назад, а не вперёд.

Из тёмного прохода между домами доносились странные тихие звуки — то ли кашель, то ли кряхтение. Анна замерла на месте, прислушиваясь. Плачет кто-то, что ли?..

Стараясь медленно и размеренно дышать, чтобы унять разогнавшееся с перепугу сердцебиение, Анна осторожно двинулась на звук. У стены в тени куста сирени что-то белело, какой-то плохо различимый в сгущающихся сумерках комок, не слишком крупный, но и не мелкий, не кошка и не собака.

Ребёнок?

При приближении Анны «комок» дёрнулся и засопел громче. Но с места не двинулся.

— Эй, ты чего тут? — Девушка остановилась шагах в трёх, чтобы не спугнуть неведомого страдальца. — Что случилось? Помочь тебе чем-то?

— А... А я потерялся... — пробормотал «комок» заплаканным детским голосом. — Я чего-то ничего не понима-аю... — Голос задрожал, выпуская наружу сдерживаемые слёзы.

— Я где-е вообще-е...

— Погоди, — Анна шагнула ближе. — Ты где живёшь-то, знаешь? Адрес можешь назвать? Я тебя отведу. Или отвезу...

— Да конечно, по-омню-у! — провыл мальчишка. Теперь Анна видела, что ему лет девять–десять, одет он в белую футболку и песочного цвета шорты, сидит скорчившись и обхватив колени руками, оттого и кажется, что под кустом лежит белый узелок с тряпками или что-то подобное. — Гурина, восемь, квартира тринадцать! Я же не маленький, чтобы адрес не знать!

— Ну так в чём проблема.

.. — начала Анна — и осеклась. — Восемь?

— Ну да, восемь! — вскинулся мальчик. — Я непонятно сказал, что ли?

— Да всё понятно, — осторожно проговорила Анна, — я тебе верю... А как ты тут оказался?

— Да очень просто, — буркнул ребёнок. — Лёшка позвал со двора, я вышел, побежал на наше место, а его там нет. Я пошёл его искать, бегал-бегал... смотрю — уже стемнело, и никого... Двор пустой. А тут ведь и баба Клава с Полинкой гуляла, и Санька из девятого дома с сеструхой.

.. И куда все подевались? И стемнело... — Он снова всхлипнул. А я вышел — ещё двенадцати не было. Я домой побежал, а там... — Он глянул в сторону кирпичного забора в конце «полуулочки» и добавил тихо и хрипло: — И я вообще ничего уже не понимаю. Я спятил, да?..

— Да почему сразу «спятил», — стараясь, чтобы голос звучал спокойно, произнесла Анна. Сердце стучало как дождь по металлическому подоконнику — часто и звонко.